Я не возражал.
Вместо этого лихорадочно думал, какие доводы им привести потом, когда все вскроется. Чтобы отложить передачу не на день, и не на два. Может, они бы согласились работать с ним прямо здесь?..
После забора материала мы еще около получаса просидели в коридоре под любопытными взглядами медперсонала. Биосадовец кому-то нервно звонил, отступив подальше от нас в зеленый уголок. Американцы о чем-то перешептывались.
А я сидел, как на иголках. И все думал, получится у меня их уговорить, или нет. Наконец дверь лаборатории открылась. Оттуда вышел молодой полноватый мужчина с листком бумаги в руках.
— Ну? — нетерпеливо спросил бородатый, отвлекшись от своих разговоров. — Подтвердилась ошибка?
— Видите ли… — мужчина кашлянул, робко покосившись на бородатого. — Совпадение действительно составляет три целых и четыре десятые процента. Безусловно, здесь имеет место быть некое родство. Отдаленное, но тем не менее…
— Но этого не может быть! — взорвался биосадовец. — Может быть, какой-то сбой?
— Никакого сбоя, поскольку мы работаем не с базами, а непосредственно с материалом. Это верное значение…
Что он говорил дальше, я уже не слышал.
Я почувствовал, как у меня внутри что-то оборвалось.
Три процента.
Не сбой.
Не ошибка.
Три реальных, подтвержденных процента!
Как так-то?
Данилевский сказал, в системе произошел какой-то сбой. И в базе нашлось множество якобы дальних родственников. «Совпадение от ноль пяти до трех процентов…»
Что, если это тоже… не сбой? Как это оказалось с Флетчером?
И кто все эти люди, с кем у меня обнаружилось совпадение? Сколько их? Где живут? Как зовут? Чем они занимаются и как вообще у нас могли оказаться общие родственники?
А потом я вдруг вспомнил Амару Сантьяго. И как он рассматривал мое лицо. Еще говорил про шрам…
Три процента.
Да откуда же они взялись, черт возьми⁈
Получив результат, американцы быстро свернулись. Сказали, что им нужно уточнить ряд моментов у начальства и потом они предложат нам и, в частности, мне другие варианты сотрудничества.
Биосадовец не говорил ничего. Он просто смотрел на меня злобным взглядом и тихо ненавидел.
Когда, наконец, все закончилось, я сел в машину и минут пять просто смотрел в лобовое стекло.
Внутреннее предчувствие тревожно ворочалось внутри, предупреждая, что я приблизился к чему-то важному.
Надо съездить в нашу лабораторию в Петербурге. Я должен выяснить, ошибка это или нет.
И если это не ошибка, как и с Флетчером, то я должен выяснить, каким образом могла возникнуть эта связь и что она означает. Припоминая жуткую историю с Амару, я бы, пожалуй, мог предположить, что тоже стал частью какого-то эксперимента. Вот только сто пятьдесят лет назад не было еще таких технологий, как сейчас. И потом я рос совершенно обычным ребенком, никаких особенностей. Да и мать моя — самая обычная женщина.
Кто же ты такой, Марат Александрович Назаров, ныне Басаргин?..
Глава 7
Тень дьявола
Выехать с территории я не успел.
Едва только приоткрылся створ ворот, как из клиники, размахивая руками, выбежал охранник с этажа.
— Постойте! Подождите минуту!..
Я притормозил, опустил стекло.
— Что случилось?
Тот протянул мне в окно карточку, похожую на визитку.
— Вам просили… передать, — шумно дыша, ответил охранник. И прежде, чем я успел спросить, кто именно просил, так же прытко поспешил обратно, ёжась на ветру в тонкой рубашке с коротким рукавом.
Я озадаченно посмотрел на карточку.
Имени или названия организации там не было. Только номер телефона.
Любопытно.
Я выехал с территории клиники, доехал до конца улицы и, притормозив возле автокафе, набрал указанный номер.
Гудок шел долго. Пока, наконец, вызов не сбросили.
Странно.
Я сделал заказ, забрал свой кофе и собирался уже ехать в ЦИР, как мой смартфон зазвонил, отобразив на экране тот самый номер, который я только что набирал.
— Марат Басаргин, я вас слушаю, — сказал я в трубку.
— Еще раз добрый вечер, господин Басаргин, — раздался в динамике уже знакомый мне голос с акцентом. — Это Джеффри Коллинз, мы встречались только что в клинике.
— Чем могу помочь, мистер Коллинз? — перешел я на английский.
— Прошу прощения, что вынужден был отклонить ваш звонок только что. Тем не менее дело срочное. Я представляю интересы «Северного Грома», и, как оказалось, личный помощник моего господина, Нэта Хопкинса, сегодня весь вечер безуспешно искал вас по всем доступным адресам, в то время как вы навещали Флетчера. Так что на меня возложили особую миссию выполнить его поручение.