Я тихо выругался, чувствуя, как внутри закипает бешенство.
Мелкий идиот!
Я метнулся к сейфу в углу кабинета.
— Напиши сообщение пользователю «Смерть»! — приказал я голосовому помощнику, вытаскивая из сейфа оружие. — Сделай все, как я сказал! Сиди тихо, дыши через раз и даже не вздумай никуда высовываться. Я буду через полчаса! Конец связи!
В тот момент я даже не задавался вопросом, почему мне так надо, чтобы он выжил.
Наверное, можно было бы сказать, что просто он был сильным и потому казался мне ценным. Или что я не мог допустить потерю еще одного ключевого персонажа из нашей четверки накануне игры.
Но на самом деле я об этом вообще не думал.
Просто где-то там был пацан шестнадцати лет с телом мертвого опекуна на руках.
И черт знает, почему, но я чувствовал за него ответственность.
Голова больше не болела, картинка за окном не вызывала мурашки по спине. Вместо всего этого пришла холодная, расчетливая ясность.
Надо было действовать.
Я зарядил пистолет, кинул на шею автомат и сунул в карманы пару респираторов и несколько запасных магазинов.
Рифт открылся в жилом квартале. Это означало тысячи погибших мгновенно и десятки тысяч — в ближайшие часы, если буря накроет город до того, как службы эвакуации успеют сработать.
Следовательно, город накроет паника, хаос и, возможно, первая волна юрок.
Я вытащил из аптечки три самые ходовые сыворотки, упаковал в кейс, защелкнул крышку. На всякий случай. И рацию, чтобы попытаться поймать рабочую волну спецслужб и понимать, что происходит.
Потом сорвал куртку со спинки кресла и поспешил на выход, не обращая внимания на возражения охраны.
В воздухе остро пахло озоном. Мороз резко спал, снег стал пористым и рыхлым.
Я прыгнул в машину. Еще раз взглянул на рифт, виднеющийся из-за высоток.
Он рос. Медленно, но неуклонно, как опухоль. Белое сияние вокруг него пульсировало в такт чему-то, что я не мог слышать, но почти ощущал кожей. Зеленые всполохи в небе становились все ярче.
Буря приближалась.
Я завел машину, вырулил с парковки и втопил педаль газа. Живее, вперед!
Удерживая одной рукой руль, я принялся мучить рацию. Минут пять прыгал по частотам, пока не поймал обрывки переговоров спецслужб.
«…эвакуация юго-восточного сектора, всем постам…»
«…количество жертв пока не установлено, ориентировочно от трех до пяти тысяч…»
«…буря накроет юго-восточный район города ориентировочно через час, всем подразделениям…»
Оптимисты, блин.
Какой нахрен час? Даже я, ничего толком не понимающий в пустошах, нутром чуял — времени в запасе почти не осталось.
Успеть бы.
Я вылетел на улицу и вжал педаль газа в пол.
Город начинало лихорадить.
На темных дорогах вспыхивали фары автомобилей.
Машины спецслужб пытались перегородить дороги, чтобы как-то упорядочить или вообще остановить движение, но автомобили выезжали прямо на тротуары, сбивая выставленные рекламные щиты и погасшие украшения. Черные тени метались по дворам, не понимая, куда бежать.
Где-то впереди уже стреляли.
Тут из-за угла прямо мне под колеса выпрыгнул какой-то мужик в зеленом пальто, и я едва успел ударить по тормозам, чтобы не переехать его к чертям.
Я открыл окно, выматерил его так, чтобы полегчало, и поехал дальше, вслушиваясь в выстрелы, визг тормозов, нарастающие крики и спокойный голос из громкоговорителя, призывающий не паниковать и оставаться в домах.
Удивительно, но небо до сих пор оставалось свободным от вертушек. Даже дронов не было видно. Видимо, тот всплеск, который убил мой телефон, накрыл навигационную систему, и военные пока с этим не справились.
Я вырулил на проспект и наткнулся на СБ-шников. Пара патрульных выскочили ко мне, размахивая руками, пытаясь остановить. Но я только предупреждающе моргнул фарами и, сигналя на всю улицу, не сбавляя скорости устремился к ним, пока наконец парни не поняли, что имеют дело с наглухо отбитым персонажем и не бросились врассыпную.
Я мчался навстречу основной волне. Все бежали от рифта, а я торопился прямо к нему, выжимая из двигателя все, что можно.
Людей и машин на улицах становилось все больше.
Снова послышались выстрелы — это эсбэшники на перекрестке расстреляли трех молодых парней, один из которых успел показать огромную когтистую лапу изменённого.
В рации трещало:
«…поступило сообщение о прорыве! Повторяю, прорыв в секторе семь-цэ! Твари прошли через заслон!»