Меня едва не стошнило. И от зрелища, и от жуткого запаха, который стоял здесь. Я перевел взгляд на своего юного напарника.
Лицо Амару даже не дрогнуло. Он только чуть прикрыл нос тыльной стороной ладони и огляделся.
— Ничего полезного или опасного я здесь не вижу.
Я кивнул, не в силах оторвать взгляда от происходящего в загоне.
Я видел цивилизацию, где люди хотели стать подобными богам. Они построили пирамиды, придумали выращивать глаза Минервы внутри своих рабов и жаждали силы и вечной молодости. Потом деградировали до уровня тоталитарной секты, но эту логику я хотя бы мог понять.
Я видел еще один странный мир, где люди превратили себя в настоящих мутантов. Эти усиливали себя различными присадками и препаратами. Сначала они тоже хотели силы и власти. Потом — просто выжить.
Но что происходило в этом лабиринте, я не мог понять в принципе. Люди деградировали до уровня гуппи? Чтобы жрать, рожать, срать и трахаться? И создали касту роботов, которые их охраняют и обслуживают? Но тогда что означали те бедняги на решетке? Или, может быть, это тоже чьи-то рабы, которых используют хозяева? Но для чего? Чтобы развешивать их на штырях коридора?
— Давай второй проход осмотрим, — предложил я.
Амару кивнул.
Мы вернулись в операционную и протиснулись во второе ответвление.
Здесь было тихо и сухо. А в стене потемневшим металлом поблескивали гладкие створки дверей, рядом с которыми располагался вертикальный саркофаг, от которого к дверям тянулись связки трубок и проводов.
Я попытался нажать на двери, но они не открылись.
— Помоги мне, — попросил я Амару, и мы уже вдвоем постарались разомкнуть створки, как у лифта.
Бесполезно.
Парень повернулся к саркофагу.
— Может быть, дело в нем?..
Он осторожно тронул крышку, и она неожиданно распахнулась, как будто нажал на невидимую кнопку, и сработала какая-то пружина. А изнутри на пол вывалилась коричневая мумия.
Амару вздрогнул от неожиданности. А я, вооружившись маленьким фонариком, осторожно заглянул внутрь.
Там снова были какие-то зазубрины, зажимы и штыри.
И датчики, подмигивающие красными огоньками.
— Что это вообще за хрень? — проговорил я.
— Осторожней, — сказал Амару. — Здесь некоторые механизмы приходят в движение…
И в этот миг устройство внутри зашевелилось и загудело. Штыри высунулись из глубины, воткнувшись мне в руку с фонарем, зажимы заклацали, пара датчиков на мгновение мигнули зеленым, двери зашипели, а крышка саркофага вдруг дернулась, как на пружинах.
В этот миг я сдернул руку с шипа, и все снова стихло. Было только слышно, как моя кровь капает на пол.
— … от близости к ним живого тела, — закончил свою фразу Амару.
— Вот уж точно, — выдохнул я.
И, оторопело уставившись на дверь, тихо выругался, не желая верить собственным выводам.
— Думаю, ты все правильно понял, — отозвался Амару. — Чтобы открылась дверь, нужно поместить туда жертву.
— А может, хватит одной моей руки?.. У меня хорошая регенерация, могу себе позволить, — со слабой надеждой в голосе проговорил я.
— Здесь тридцать датчиков, — сказал Амару, обводя взглядом содержимое саркофага. — А когда ты нанизал свою руку, зеленым загорелись только два.
Он наклонился к мумии, и мы на пару насчитали в ней пятнадцать глубоких сквозных ран, не считая множественных следов от не настолько глубоких уколов.
Пятнадцать ран. Тридцать датчиков. Получается, по два на каждый большой штырь.
— Все равно давай попробуем, — предложил я. — Я подставлю руку под два штыря сразу, а ты попробуешь открыть двери.
— А если саркофаг просто захлопнется и отрубит тебе руку? — предположил Амару, осматривая край крышки.
— Не успеет. Я быстрее.
Помолчав несколько секунд, парень, наконец, кивнул.
— Ладно.
Я сосредоточился, примерился и…
Насадил руку сразу на два штыря.
Механизм саркофага опять загудел, четыре датчика вспыхнули зеленым, в крышку пришлось упереться ботинком, и металлический край начал медленно прорезать подошву, пока Амару пытался что-нибудь сделать с шипящей дверью.
Бесполезно.
Я сдернул руку со штырей.
Тяжело дыша, мы оба смотрели на саркофаг. И понимали: раз эти двери так запечатаны, значит, наверняка это то самое место, которое мы искали. Спуск на Первый круг.
Вот только как нам туда войти?..
А потом вдруг раздался грохот, пронзительный вой и женские крики, за которыми тут же последовал выстрел.