Белый заяц появился в поле моего зрения, прыгая по снегу как по пуху. Моментами он сливался со средой, и я вновь пыталась найти движение в сугробах. Посвистывая, недалеко шагала девушка, в куртке из черного меха и высоких сапогах. Ее смешная шапочка, с заячьими ушами, спадала на лоб, и девушка постоянно ее поправляла. Она села на корточки, все еще не заметив меня, и погладила зайца, тот лишь не выгибается как кошка. Когда девушка вновь поднимается, улыбка все еще играла на ее лице, вплоть до того момента пока не увидела меня. Глаза расширяются, когда я делаю шаг, перед этим быстро обернулась, чтобы точно убедиться, что удивляется она именно мне.
‒ Быть такого не может, ‒ произнесла она.
И тут я вспомнила, что излучаю мягкий свет, как неоновая лампочка, и сделала предположение, что девушку удивило конкретно это. Но когда собралась объяснять сложившуюся ситуацию, сзади получила удар по голове, чем-то увесистым. Перед тем как потерять сознание, услышала, как девушка кричит: Нет.
2
Во сне я вновь иду по лесу. Слышу, как зовет меня сестра и пытаюсь следовать за ней, но не могу найти ее. Когда зов оказывается на максимальном расстоянии, я вижу стаю волков, окружившую кровавое месиво. Они не замечают меня и шаг за шагом я все больше узнаю окровавленное лицо сестры, застывшее в крике моего имени.
‒ Ей, очнись! ‒ трясут меня за плечи. ‒ Это всего лишь сон! Тебе снится сон!
Лицо сестры изменяется на личико девушки из леса. Ее белые волосы светятся от лампы на потолке, окружая голову ореолом. Она разжимает мои плечи, но глаза остаются обеспокоенными.
‒ Ты так кричала, будто тебя резали. Я испугалась.
‒ Прости, ‒ я пытаюсь сесть, в макушку стреляет боль и у меня вырывается стон.
‒ Не трогай! ‒ девушка хватает мою руку, когда я тянусь к голове. ‒ Ты такая неженка, к слову. Тебя всего лишь сумкой стукнули, а ты на несколько часов вырубилась.
Ничего себе сумочки они таскают, по ощущениям больше килограмма наберется.
Что-то такое отразилось на моем лице, из-за чего девушка захихикала. Я осматриваю комнату, в которой оказалась. Вполне себе обычная, маленькая, со шкафом, еще одной кроватью и столом вдоль окна, если не считать обложенной стволами стен и двух зайцев, спящих на соседней кровати.
‒ Как себя чувствуешь?
‒ Голова кружится.
‒ Это нормально. Что-то другое?
‒ Я…. ‒ и тут мой живот дает подсказку. ‒ Я хочу есть.
‒ Устроим.
Девушка уходит, и я в еще одной попытке поставить себя на ноги – терплю неудачу. Рассматриваю себя в зеркале у двери, пытаясь расчесать волосы пальцами. Особых изменений в лице нет, уже хорошо.
За дверью чуть слева напротив еще одна дверь, а коридор увешан детскими рисунками. Шатаясь, спускаюсь по лестнице в большую гостиную, где на ковре посередине играют три ребенка, в широких рубахах и хлопковых штанах одинакового телесного цвета. Они так заинтересованы игрой, что не обращают на меня внимание, когда я прохожу на кухню, где во всю ведется разговор на достаточно повышенных тонах.
‒ Я не хочу ничего слышать, Кира! Ты знаешь, нам не нужны неприятности! ‒ со спины я вижу парня, со злости сжимающего спинку стула. Кухня представляет собой несколько тумб, газовую плиту и три резных стула вокруг круглого стола.
‒ Брат, успокойся. Мама же не против? Нет. Я, как и она, не вижу ничего плохого в том, что она здесь, ‒ знакомая мне девушка раздраженно режет овощи за столом.
‒ Зато я вижу! И я уверен, они придут за ней и нам….
‒ Всем давно известно, что им нет выгоды портить нам жизнь. Даже, если все так, как ты говоришь, нас они все равно не тронут. Заберут то, что им нужно и уйдут.
‒ Кто меня заберет? ‒ выпаливаю я прежде, чем успеваю подумать, что речь может идти не обо мне. Парень, который скорее всего брат-близнец девушки, резко оборачивается и сощурившись, смотрит на меня.
‒ Ты встала! ‒ воодушевленно говорит девушка и подходит ко мне. ‒ Не откажешься от салата с запеченной картошкой?
‒ Было бы замечательно, ‒ соглашаюсь я, выдавив максимально милую улыбку, на которую только способна.
Парень, махнув рукой, уходит. Через минут десять девушка вытаскивает из духовки противень и накладывает в глубокую, расписанную под хохлому, тарелку три картофелины. Салат мы доделали вместе, заправив его травяным маслом, вкус которого мне не знаком.
‒ Меня, кстати, Кира зовут, ‒ представляется девушка. В отличие от меня, она к еде еще не притронулась.