4
Это очередное утро середины недели и сегодня как-то по-особенному никуда не хочется идти. После вчерашней ночи, когда мы очень хорошо отпраздновали день рождения Милены, голова трещит и отдает ударом по вискам от любого движения. Уверена, сегодня именно тот день, когда я засну на паре по философии, и наш профессор наконец-то осуществит свою давнюю мечту: спросит меня о теме урока, я не смогу ответить, и он поставит первую в моей жизни двойку. Я уже представляю его ухмылку за седеющей бородой. Еще я думала, что за ночь навалит снега и в лесу будет невозможно проехать, но нет, выглянув в окно я вижу только лужи и грязь. Ноябрь в самом разгаре, это когда непонятно – осень на дворе или зима.
‒ Доброе утро, ‒ подбадривающе говорю я, встречая у подъезда Милену, которая походит на зомби, с некоторой заторможенностью.
‒ Смейся, смейся, ‒ отзывается подруга, широко раскрыв рот, зевая.
‒ И в мыслях не было.
‒ Знаешь, я тут подумала…. Может ну его?
‒ Кого?
‒ Институт. Прогуляем сегодня, прокатимся, пока погода еще более-менее.
‒ Это ты называешь более-менее? ‒ я махнула руками, показывая на мокрую землю.
‒ Пфф… какая же ты скучная.
‒ Не ради этого я сегодня отрывала голову от подушки.
Когда мы подходим к дому Арины, та уже ждет нас на скамейке, тоже не без усталого вида.
‒ Как дела? ‒ скорее чисто из вежливости, чем от интереса, спрашивает Арина.
‒ Догадайся, ‒ парирую я.
‒ Поддерживаю, ‒ добавляет Милена.
‒ У меня так же, ‒ говорит Арина, выезжая к лесу.
Сегодня мы едем без музыки, практически не разговаривая. Ветер свистит в ушах даже через шапку, лес вокруг пугающе голый, дорога немного в гололедице, поэтому мы даже не пытаемся наезжать друг на друга. Все-таки надо было согласиться на предложение Милены, этот день не стоит того, чтобы оставаться в паршивом настрое учиться. И как только я собираюсь огласить свою мысль, понимаю, что изо рта идет белый пар. Я останавливаюсь и выдыхаю. Сгусток пара проносится за движением ветра и вдруг преобразовывается в вихрь маленьких снежинок, взлетающих к небу.
Когда подруги замечают, что меня нет позади, и возвращаются, я демонстрирую им произведенное мною открытие. Повторив за мной, мы вдруг начинаем безудержно выдыхать пар, наблюдая как множество снежинок окружают нас. В конечном итоге мы становимся в круг и резко выдыхаем в одну точку, но вместо снежинок на дороге раскалывается кусок льда. В следующую секунду лес пронзает эхо нашего смеха.
‒ Чушь какая-то, ‒ делает вывод Арина, широко улыбаясь. Наши запыхавшиеся лица покраснели, и кожа немного покалывает от мороза.
‒ Да уж, кому скажешь, не поверят, ‒ все еще смеется Милена.
‒ Стойте, стойте, ‒ говорит Арина и присматривается к потоку снежинок над головой. ‒ Видите?
‒ Только не говори, что видишь в них скрытый смысл бытия, ‒ шепчу я, улыбаясь, но в ответ получаю лишь презрительный взгляд. ‒ Ну что?
‒ Смотри, ‒ спокойно произносит Арина, протягивая руку к снежинкам. ‒ Они не просто пропадают в небе, у них есть какой-то конкретный путь.
Не могу не согласиться с ней, ведь снежинки действительно создают течение и плывут по нему в одном направлении. Арина срывается с места первая и мы едем за течением, пока оно не сворачивает с трассы.
Мы складываем велосипеды у обочины и подойдя к повороту дороги, смотрим в темную даль, где фонари, если и имеются, то на значительном расстоянии друг от друга.
‒ Слышите? ‒ Арина приподнимает руку, и мы киваем. Мы все сосредотачиваемся на свисте где-то вдалеке по дороге, куда направляется течение.
‒ Метель? – предполагаю я.
‒ Скорее пурга или вьюга, ‒ Милена растирает руки, перетаптываясь на месте.
‒ А разница?
‒ Тише вы, ‒ шикает на нас Арина и вновь садиться на велосипед.
‒ Эм, вы как хотите, но я туда не поеду, ‒ Милена откашливается, чтобы скрыть дрожь в голосе.
‒ Кто-то хотел институт прогулять, ‒ напоминаю я.
‒ Ты же была против!
Пока мы спорим, Арина уже проезжает далеко в глубь леса. Хватаясь за велосипеды, мчимся по мокрому грунту. Колеса немного тонут в нем, что заставляет давить на педали с большей силой. С каждым метром кажется, что становится холоднее и вскоре на земле появляется тонкий слой снега. Я еле успеваю затормозить перед Ариной. С раскрытыми ртами мы останавливаемся перед очень странным явлением.