Странный выбор, да? Свихнуться сейчас или позже?
Велосипед начинает скользить по льду. Сегодня на удивление очень холодно и метельно, по крайней мере так было утром, когда я шла к дому Эммы. Это повлияло на погоду на летней территории. Снег конечно тут не пошел, но, судя по сегодняшней одежде жителей поселка, явно похолодало.
«Ксения, тебя где носит?» ‒ слышу назойливое осуждение Дэниела и останавливаюсь. Смотрю по сторонам.
«Я… где-то. Я не потерялась, честно, просто тут явно что-то не так».
Хоть бы поверил. Я не хочу сегодня получать очередной выговор вперемешку с лишением воздуха или сотрясением. Проблема в том, что между нами оставались все те же отношения, и пока не возникало повода для изменения.
‒ «Солнце»!
«Дьявол» ‒ думаю я, как и Дэниел.
‒ Маргарет! ‒ не менее восхищенно поворачиваюсь я к летней жительнице. Ее волосы распущены и снежинки не успевают коснуться ее, тая, напоминая дождь, окружающий только ее. Рядом с ней уже известная мне Полина, в не менее приподнятом настроении, и очередном платьишке в цветочек.
‒ Заблудилась, дорогая?
Всегда раздражал ее притворный голос, ведь сама скорее всего слышит фальшь, зачем же так напрягать связки, чтобы казаться дружелюбнее.
‒ Нет, что ты. Судя по снегу мне не долго осталось ехать….
‒ Какой снег?
‒ В смысле, какой снег? ‒ я осматриваюсь, концентрируя внимание на снежинках.
‒ Нет снега, ‒ а интонация то какая натуральная, что заставило меня вскинуть брови в веселом удивлении. ‒ Тебе кажется.
Да неужели.
Секунда и Маргарет оказывается передо мной, и я машинально отступаю назад. Ее черные глаза будто прожигают во мне дырку, и они в отличие от ее притворства никогда не были добрыми по отношению ко мне.
‒ Нет снега, дороги, нет даже этого леса. Нет ничего.
Исчезает, как лопнувший мыльный пузырь, оставляя после себя горстку песка на дороге и ветер выметает его мне под ноги. Поднимаю голову и вижу… ничего не вижу. Снег, дорога, лес, небо, все это пропало, оставив меня в пустом, белом пространстве.
‒ Видишь это? Вот он мир, в котором ты оказалась, ‒ слова Маргарет витают вокруг, но ее саму нигде не видно. У меня такое чувство, будто на меня давят стены, которых нет, усиливая давление в голове, как при клаустрофобии.
‒ Чего ты пытаешься доказать?
‒ Ничего.
Белая пелена падает как покрывало и когда появляется знакомое пространство, становится легче дышать. Маргарет оказывается на расстоянии вытянутой руки.
‒ Ничему нельзя здесь верить, «солнце». Все, что ты видишь, сплошь и рядом, ‒ она разводит руки в стороны, покружившись вокруг себя. ‒ Одна иллюзия. А ты, ‒ резким движением тыкает мне в грудь. ‒ Спишь. В своей реальности.