«Как мимолетное виденье».
Я встаю, не обращая внимания на Полину, которая что-то говорила, но не помешала мне пойти за сестрой. Она неторопливо идет вперед, казалось под музыку ветра, завораживая, привлекая.
«Как гений чистой красоты».
Я вновь оказываюсь в том времени, когда она бежала впереди, крича мне догонять ее. Она могла раскинуть руки, как крылья, представляя, что летит. Она смеялась, временами оборачиваясь ко мне, следя чтобы я не потеряла ее из виду. Ей нравилось быть такой. Немного странной, непостоянной, не волнующейся ни о чем на свете.
Мы у пруда. Погода значительно испортилась, все утратило четкость из-за тумана, тучи скрыли солнце. Сестра идет вдоль воды, ее губы шевелятся, но я не слышу звука, доходит до зимней территории и там, где начинается лед ступает на воду. Я как под гипнозом, не чувствуя своих ног, иду за ней. Она останавливается и оборачивается ко мне.
‒ Ева, ‒ как умалишенная повторяю я.
‒ Ты стала такой же, как и я, ‒ голос тихий, ровный, как механический. Сестра больше не улыбается, осматривая меня с ног до головы. ‒ Как же я хотела, чтобы ты здесь все-таки не оказалась. Этот мир… он такой, ‒ задумчиво, хмуро осматривает местность вокруг. ‒ Не для тебя. Тут ты перестаешь быть собой, ‒ она вдруг кротко хихикает, обращая на меня свое внимание. ‒ Но я уже давно перестала быть собой, ведь так?
‒ Это действительно ты? ‒ я все еще не верю, сомневаюсь.
‒ К сожалению, ‒ пожимает плечами. ‒ Иди ко мне.
Ее протянутая рука так и тянет.
‒ Ты не умерла, не пропала…. ‒ делаю шаг.
‒ Лучше бы умерла….
Лед треснул подо мной, поглощая меня в ледяную воду. Низ, верх, все переворачивается, мое барахтанье бесполезно. Вода затягивает на дно. А мне даже не страшно. В моей голове только лицо сестры, ожидающее, когда я возьму ее за руку.
Я тону.
‒ Идиотина, овца безумная, дегенератка! Сколько можно с тобой возиться!
Дэниел не перестает кричать, пока я пытаюсь откашляться от воды в легких. За секунду до потери сознания он успевает вытащить меня из воды, и сейчас тяжело дышит, лежа на берегу, бросая в меня ругательства, на которые я не обращаю внимание. Меня шатает, когда я пытаюсь встать. Я разыскиваю сестру вокруг, но ее как след простыл.
‒ Ты меня слушаешь!? ‒ возмущается Дэниел, попытавшись повернуть меня к себе, но я скидываю его руки, отталкиваясь от него.
‒ Не трогай меня!
‒ Вот она, твоя благодарность за спасение жизни? ‒ цедит он, но подойти не пытается. С него стекает вода, зрачки казалось заполонили голубизну глаз, руки сжаты в кулаки. Но злость в нем видна лишь от части, остальное походило на страх.
‒ Я…. ‒ и вновь мои глаза пробегают по местности. Сама же понимаю, что выгляжу как безумная. Меня бьет дрожь, кровь из царапин покрыла большую часть тела, я чуть не утонула, а волнует меня только одно. ‒ Где она?
‒ Ушла, ‒ с ходу понимает меня Дэниел. Или просто отвечает, не задумываясь.
‒ Нет, ‒ с трудом проговариваю я, качая головой. ‒ Она где-то здесь, она не могла уйти…. Не могла оставить меня….
‒ Ксения! ‒ как по волшебству сестра оказывается на окраине леса на летней территории. Она машет мне рукой. ‒ Ну же! Ты идешь?
‒ Нет, стой! ‒ останавливает Дэниел, до того, как я успеваю ступить к ней. В этот раз он держит мою руку крепче, почти до боли. ‒ Это обман.
‒ Но она же настоящая, да? Ответь мне!
‒ Ксения….
‒ Дэниел, отпусти… прошу, ‒ всхлипываю я, пытаясь отцепить его пальцы.
‒ Мы идем домой. Сейчас!
‒ Нет!
Следующее выходит у меня совершенно непроизвольно. Пытаясь отбиться от его хватки, я упираюсь ему в грудь и вдруг моя рука проникает внутрь. Он замечает это не сразу, только когда я сжимаю ладонь в кулак, высасывая его силы. Издав приглушенный крик, Дэниел отскакивает от меня, и моя рука вырывается из его груди с тошнотворным звуком. Я слишком опустошена, что даже не чувствую боли. Он же падает на колени, прижавшись лбом к земле, а я рассматриваю руку, покрытую морозными узорами.
‒ Ксения!
Одновременно с Дэниелом мы поворачиваемся на звук. Сестра все там же и теперь я успеваю отреагировать раньше протеста сына зимы и бегу к ней.
Но ликование заканчивается, как только мое тело ударяется о землю. Дэниел догоняет меня практически сразу, обхватив талию, тянет назад и грубо откидывает подальше от сестры. Он не пускает меня к ней. Раз, второй, третий. Я пытаюсь бороться силой «солнца», но Дэниел поглощает каждый импульс. Мои силы на исходе, я пока не осознаю, что руки не покрываются светом, а встать становиться все труднее. Но я не могу остановиться. Сердце разрывается в груди, не то от боли, не то от слабости. Зрение затуманено, движения замедлены. Очередное наступление и теперь Дэниел откидывает меня не сразу, а через короткий промежуток времени, и не на землю, а в стену.