‒ Уже не терпится насладиться собственностью? ‒ не мог не съязвить Блэйк.
Дэниел пропускает этот монолог, наблюдая как подруги догоняют успевшую незаметно уехать девушку. И когда казалось бы цель достигнута, девчонки добрались до бреши, все заметно начинают нервничать.
‒ Ты какой-то напряженный, ‒ замечает Алан, посматривая на Дэниела.
‒ Меня тоже взбесила их неуверенность. Сколько можно разговаривать!
‒ Блэйк, заткнись, ‒ рыкнули братья и Дэниел обращается к Говарду. ‒ Давай.
‒ Что?
‒ Напусти на них какую-нибудь живность. Желательно такую, какую бы они испугались в реальной жизни.
В прошлый раз были лоси, которые скалились и вели себя скорее, как собаки на охоте. Поэтому Говарду ничего не удалось придумать кроме как приказать животным, в виде волков, окружить подружек и погнаться за ними. Какое было удивление братьев, когда сама Ксения среагировала первая и с криками подтолкнула подруг в сторону.
‒ Почему не за брешь? ‒ озвучил всех интересующий вопрос, Алан.
‒ Гони их, главное, чтобы они не уходили от бреши, ‒ велит Дэниел и Говард, не противясь, выполняет требование. ‒ Схвати кого-нибудь.
‒ Что? ‒ на этот раз Говарда это озадачило.
‒ Время!
‒ Но я не могу причинить им боль в их мире, это перебор!
‒ Брешь скоро захлопнется! И знаете, мне будет безразлично ваше состояние завтра, чтобы опять повторить открытие! Я затащу ее сюда, любой ценой!
В порыве ненависти Дэниел хватает руку Алена и Блэйка, запуская все силы братьев в шар. Пока Говард гонит, Дэниел порывом ветра сбивает Милену и Арину за брешь, но оставляет Ксению, потому что ее шаг должен быть добровольным. Алан и Блэйк воссоздают подруг и теперь волк нападает на иллюзию Арины.
‒ Давай, теперь пусть окружат ее, пусть ступает за брешь!
‒ Я не могу, силы на исходе.
‒ А-а-а! – яростно кричит Дэниел.
Пока Милена под воздействием Алана тянет Ксению вперед, сама Ксения как завороженная, смотрит на стаю волков. Она не уйдет, пока не сообразит, как можно избавить подругу от внимания зверей. Какое скромное самопожертвование, думает Дэниел, в стиле любого «солнца». И тут ему приходит идея. Только «солнце» догадается использовать свет как оружие. И когда он отражает огонь свечи, взятой из шкафа, создавая луч света, направляет туда, где Ксения смогла бы его заметить. Дэниел садится перед шаром, приближая видимость к девушке. Давай, будто говорит он ей, докажи, что понимаешь меня, как-никак ты же «солнце», покажи, что ты действительно моя.
В момент, когда Ксения бросает луч к волкам и когда те замечают ее, в момент, когда Алан и Блэйк отдают последнюю каплю силы, чтобы Арина немного надавила на Ксению, они падают на пол, прекратив свое влияние, в это время один из волков закрывает Арину от глаз девушки, но другие не перестают надвигаться на Ксению. В момент, когда Ксения оборачивается к бреши, в шаре возникает цифра ноль и теней отталкивает в стороны. Те́ни отбрасывают свою скрытность и вместо темных образов на полу появляются братья, в их реальной внешности.
‒ Ну же, солнце, ‒ шепчет Дэниел, чьи холодные глаза направлены только на нее в туманности шара. ‒ Ты нужна мне. Здесь и сейчас. Я больше не продержусь, просто наблюдая за тобой, ‒ манит он, а брешь заметно стягивается, открывая дыры ее мира, вместо снежного леса. Время на исходе. ‒ Всего один шаг, и ты здесь, со мной. Давай же!
Последнее, что он видит – как Ксения закрывает глаза и в следующую секунду шар гаснет. Утратив силы, Дэниел падает на колени, закрывая лицо руками, сжимая волосы на голове. Хоть бы она прошла. Хоть бы все сработало. Братья весьма чувствительно потратили немалое количество сил, чтобы все получилось. После такого труда все просто не может остаться, как и было. Не сейчас, когда после предыдущего проигрыша появилась надежда.
И вдруг шар освещает комнату мягким светом, показывая девушку с мельтешащим взглядом, стоящую в темном пространстве зимнего леса.
Дэниел поднимает голову и на лице появляется торжествующая, но такая хищная улыбка. Она теперь официально его.
‒ Добро пожалось в зиму, солнце.
Зима. 1
К сожалению, усмиренные эмоции не гибнут. Их только замолчать заставили. Но они внутри все же продолжают влияние на человека.
Зигмунд Фрейд.
Даже не спрашивайте, как я прожила два дня, пока не наткнулась на Милену и Арину. Раньше я верила, что хуже похода в горы ничего сложнее и быть не может. Я дико ошибалась. В десять раз хуже ходить по, в некотором роде, знакомому лесу, но при этом умудриться заблудится в трех соснах. Так еще и каждый шаг – это поднимать ногу как можно выше над сугробом, в котором я попросту тонула.