Вскоре дорога закончилась, и бус остановился возле дома, обсаженного кустами сирени и жимолости. Дом был обнесен невысокой изгородью из прозрачного материала.
— Вот и ваш дом, миссис Эклз. Он последний на этой улице, но вам нечего опасаться.
— А это что? — спросил Марк, показывая рукой вперед.
Там была ровная полоса земли шириной метров тридцать, на которой ничего не росло. Вдоль полосы были установлены небольшие столбы.
— Это охранное заграждение, на столбах установлены сенсорные детекторы, которые чтобы сюда не смогли пробраться ркилы и другие зверушки, — ответил Хоган. — Если кто-то попытается пересечь эту полосу снаружи, тут же включается мощное электроизлучение.
Он открыл дверь, и мы вошли во двор дома. Здесь был небольшой огород. Несколько заросших грядок, клумба с незабудкаами. Невдалеке стоял аккуратный небольшой сарай с окошком. Вдоль невысокого забора росли малина и черная смородина. Возле крыльца были посажены розы и мальвы.
Я первой зашла в дом и осмотрелась. Четыре небольшие комнаты, кухня, санузел.
За мной вошли дети и Коннор Хоган.
— Ух ты, здорово! — воскликнул Энтони.
— Мама, смотри! — сказала Энни, показывая на куклу, сидевшую на подоконнике кухни.
— В холодильнике набор продуктов на несколько дней, вроде есть все необходимое, — Хоган кивнул и пошел к выходу.
— Вот это класс! — откуда-то сверху послышался голос Марка. — Чур, я буду здесь жить!
— Там есть мансарда, — сказал Хоган мне. — Все мальчишки обожают жить наверху.
— Мистер Хоган, — мне хотелось задать вопрос, который вертелся в голове.
Ведь кому-то принадлежала эта кукла, кто-то посадил сирень и жимолость.
— А кто здесь жил до нас? — спросила я.
Он внимательно посмотрел на меня.
— До вас здесь жила семья Росси. Осваивайтесь и ничего не бойтесь, завтра я к вам заеду, — Коннор Хоган помахал рукой и уехал.
Я осматривалась в доме. Стены изнутри, как и снаружи, были отделаны светло-коричневым материалом, похожим на древесину. Такой же пол и оконные рамы. На подоконниках засохшие цветы. Была даже маленькая детская кроватка, я попросила Марка отнести ее для Роба в свою новую комнату.
Я выбрала себе комнату поближе к кухне. Видимо, это была спальня прежних владельцев, на стене висела картина, создающая иллюзорный голографический объем, — на пороге дома чернобородый мужчина обнимает смеющуюся кареглазую женщину с кудрявыми непослушными волосами, рядом с ними улыбаются темноволосые мальчик и девочка. Я будто заглянула в один счастливый миг жизни неизвестной мне семьи непрошенной гостьей.
Дети обживались в комнатах, раскладывая немногочисленные вещи, привезенные с Земли. Теперь у Риты, Энни и Энтони были свои комнаты, а Марк расположился наверху.
— Мама, смотри! — я услышала во дворе голос Энтони и вышла. Энтони показывал мне на стайку разноцветных летающих существ, похожих на мыльные пузыри, кружащихся над кустами малины.
— Не трогай, вдруг они ядовитые! — испугалась я.
— Не бойтесь, это лерты, они безобидные, как бабочки на земле, — я обернулась на звонкий голос.
— Добрый день! — Из-за невысокой изгороди мне махала рукой полная женщина в голубом платье. Я подошла ближе и увидела, что ей лет шестьдесят. Седые волосы были коротко острижены, в уголках серых глаз морщинки.
— Здравствуйте, я Эмма Бек, значит, у нас теперь появились новые соседи? — она с любопытством посмотрела на меня.
— А я Кэтрин, — назвалась я.
— Заходите, я как раз пирог с ягодами испекла, — пригласила она.
— Спасибо, но нас много, — улыбнулась я.
— Ничего, мы же теперь соседи, — ответила Эмма.
Вскоре вся наша компания заходила в соседний дом.
Я увидела, что жилище Эммы состоит из двух приставленных друг к другу блоков, таких же, как наш дом.
Она перехватила мой взгляд и улыбнулась:
— У нас с Паулем была большая семья, одиннадацать ребятишек, сейчас дети почти все разъехались, живем только мы с младшей дочкой и двумя сыновьями. Пауль и мальчики сейчас на работе, придут вечером.
Из-за спины Эммы выглядывала девочка лет двенадцати с белокурыми тонкими косичками.
Я сначала подумала, что это ее внучка, но Эмма представила ее:
— Это моя Марта, она у нас поздняя получилась, зато сейчас не нарадуемся.
Марта подошла поближе к Рите и робко спросила, кивая на разноцветные прядки ее волос: