— Возможно, это лучше, чем пить и состариться здесь, — пробормотала она…
Через неделю Энни рассказала, что жена доктора Стюарта решила вместе со школьниками подготовить спектакль.
Прошел месяц, и нам с Робом разрешили покинуть больницу. Ему нельзя было вставать на ноги, но он рвался домой. Доктор Август сказал, что ноги у Роба срастаются,но еще рано на них вставать.
Рита, Марк и близнецы каждый день приходили к нам, но я, конечно, очень устала от больницы.
За нами заехал Эван с Ритой.
Напоследок я зашла в палату, где лежал Тадеуш Винник.
— Поправляйся скорее, Тэд, — я знала, что мальчик меня не слышит. Я каждый день заходила к нему и что-нибудь говорила. Почему-то для меня это стало важным.
Я погладила его по руке и тихо вышла.
Дома нас встретил Барри, он радостно лаял. Щенок заметно подрос, он лизал мои руки и вилял хвостом. Роб заливисто смеялся, когда Барри облизывал его лицо.
Чарльз Брайтон принес для Роба маленькое кресло на колесиках, он сам его сконструировал.
Дома нас ждал пирог с ягодами, испеченный Энни.
— Мама, меня миссис Бек научила, — гордо сказала дочь.
— И еще я умею теперь суп варить с курицей и пасту делать.
— Твоя паста невкусная, у мамы лучше, — проворчал Энтони.
— У Энни тоже вкусная, — вмешался Марк, заметив, что сестра надулась.
— А еще мы пиццу делали с Тришей и Мэй Хоган, мы с ней теперь тоже дружим, у нее теперь мамы нет, — тараторила Энни.
— Миссис Хоган ей не мама была, и вообще, из-за нее, — начал Энтони.
— Ладно, давайте есть пирог, — предложила Рита.
Наконец мы были дома.
Я уже привыкла называть этот дом своим. Иногда вспоминала свою жизнь на Земле, но здесь со мной были мои дети. Дом — это не только крыша и стены, это любовь близких.
Вечером с наслаждением улеглась в свою кровать и практически сразу уснула.
Рано утром меня разбудил громкий лай Барри. Я посмотрела на часы — четыре утра. Барри лаял где-то на улице. Я нехотя набросила халат и вышла из дома. Барри стоял возле крыльца, его морда была повернута к дорогое.
— Ты чего шумишь, все же спят, — проворчала я, обращаясь к собаке.
Барри уже не лаял, а глухо рычал. Его шерсть встала дыбом. Наконец я тоже посмотрела на дорогу. То, что я увидела, заставило меня оцепенеть.
Возле нашего дома стоял абсолютно голый мужчина с растрепанными длинными седыми волосами и всклокоченной бородой. На его теле повсюду были шрамы, расходящиеся в разные стороны.
Он махал руками, затем сделал несколько рваных шагов и упал перед домом.
Я побежала в дом, схватила плед и браслет связи.
Вернувшись, я осторожно подошла к лежащему на дороге человеку и набросила не него плед. Мужчина дрожал, его руки и ноги хаотично дергались. Вгляделась в черты лица, и меня словно ударило током.
Я включила браслет связи.
— Мистер Хоган, это Кэтрин Эклз. Извините, что я так рано. У меня возле дома лежит голый человек без сознания. Кажется, это Александр Росси.
Глава 30
— Миссис Эклз, Кэтрин, не приближайтесь к нему, это может быть опасно, — ответил Хоган. — Его необходимо доставить в больницу, возможно, он инфицирован каким-то вирусом. Скоро я прибуду, не разрешайте пока детям или соседям приближаться к Росси.
Хоган отключился, а я отошла к дому. Села на крыльцо, обхватила себя руками за плечи. Барри прижался к ноге, он по-прежнему глухо рычал. Было еще рано, дети спали. В голове крутилась куча вопросов. Что случилось с Александром Росси и почему он так плохо выглядит? Откуда у него столько шрамов? Где его жена и дети, которые пропали вместе с ним? Откуда он взялся?
Минут через двадцать в небе послышалось легкое гудение — приближалась летательная капсула. Она плавно приземлилась на дороге возле нашего дома. Дверца капсулы открылась, и вышли трое мужчин в костюмах, чем-то похожих на космические скафандры, они с ног до головы были одеты в серое, на голове шлем с пластиковой маской, откуда были видны их лица. Они подошли к лежащему мужчине и, развернув носилки, осторожно переложили его туда. Сверху на носилки опустилось что-то вроде небольшого прозрачного купола. Александр Росси был словно упакован в кокон. Его занесли в капсулу, затем один из мужчин подошел ко мне, и я узнала Хогана. Он помахал мне рукой, приветствуя.
— Вы летите с нами в больницу, Кэтрин. Вы приближались к нему и могли заразиться. Необходимо взять у вас анализы.
— Но у меня дети!
— Это не займет много времени, а пока вы можете представлять угрозу для них.
Хоган мягко взял меня за руку, и я пошла за ним в капсулу. В голове молоточками у меня стучали слова Хогана: «Вы можете представлять угрозу».