— Ладно, идем. Нам нужно спешить. — Ректус еще раз проверил в кармане штанов на месте ли пергаменная карта, которую нарисовал им Минат.
Через несколько минут стремительного спуска с горы они наткнулись на заросли чертополоха. Неожиданно ветки зашевелились, и из зарослей возникла сначала голова, а затем и туловище незнакомца.
— Стоять во имя Христа! Здесь земля Иисуса! — Звучный голос принадлежал молодому мужчине в светлом одеянии и с мечом на поясе.
— Антоний, это я! — Ректус рассмеялся, искренне радуясь встрече.
— О Боже! Ректус! Ты жив? А как Илия? Это он с тобой? Я не могу рассмотреть. — Мужчина спрятал меч обратно в ножны и стал пристально всматриваться в лицо Зария.
— Нет, Антоний. Это Зарий, дож Торбуса.
— Что?! Кого ты нам привел? Ты перешел на их сторону? Ты предал нас? — Рука Антония снова схватила рукоятку меча, и сталь блеснула в ночи, рассекая воздух.
— Успокойся. Дочь Зария, Амалия, в беде. По решению суда инквизиции ее хотят сжечь завтра на Бафомете. Зарий обратился ко мне за помощью. В благодарность за нашу помощь он поможет нам свергнуть власть инквизиторов. И это случится уже сегодня ночью! — Ректус расплылся в улыбке, ожидая, какую реакцию вызовут его слова у товарища.
— Но как? — Антоний сверлил взглядом дожа.
—У меня в кармане карта всех подземных ходов Торбуса. Дож проведет наши отряды в город по тайным ходам. Сперва я хотел созывать совет дружинников, но теперь у нас нет времени. Зато у меня есть идея. Все стражники инквизиции и судьи во главе с Маркусом будут в полночь на центральной площади совершать мессу во имя … ну, ты понял кого. Да не произнесу имени его вовек. Аминь. — Ректус снова перекрестился.
— Ты хочешь..? Я правильно тебя понял? — В глазах Антония загорелись счастливые огоньки.
— Да, брат! Я хочу ворваться в город и уничтожить разом сборище этой нечисти, захватившей наш славный Торбус.
— А как же Амалия? — Зарий, слушавший этот план, занервничал, не получив ответа на то, как же будет спасена его дочь.
— Мы возьмем в плен ключника. А после вышлем его из города навеки. — Зарий кивнул. — Сегодня наша родная земля, наконец, вздохнет спокойно! Антоний, беги скорее, созывай дружины. Мы будем ждать вас вот здесь, — Ректус достал из кармана карту и ткнул пальцем в то место, где жирным красным крестом был отмечен вход в подземелье, ведущее прямо к площади.
— Ректус, будь осторожен! Стражники повсюду! Пока я был здесь в засаде, лично видел троих. Они рыщут, словно шакалы в поисках добычи.
— Спасибо, Антоний. Для этой нечисти у меня есть сюрприз. — Ректус достал из-за пазухи маленький кинжал. — Этот кинжал перешел ко мне от отца. Его острие смазано святой водой из Храма Гроба Господня. Одна только рана, нанесенная этим ножом, способна уничтожить любого стражника инквизиции. Каждый, кто посмеет преградить мне дорогу, умрет в страшных муках и отправится прямо в ад… к самому… — Ректус смачно сплюнул на землю. — Ну все, беги же скорее! У нас мало времени. Служба начнется уже через час. Луна практически в зените.
Антоний только кивнул, завороженный блеском реликвии в руках Ректуса, затем бросился вглубь леса.
Спустя полчаса запыхавшиеся Зарий и Ректус торопливыми движениями ощупывали крепостную стену Торбуса в поисках выступающего наполовину камня. Стеревший руки в кровь Зарий с удивлением смотрел, как Ректус, чудом уцелевший еще несколько часов назад, с остервенением пытается ему помочь.
Он внимательнее рассмотрел мужчину. Высокий и крепкий, словно скала, с копной светлых волос, развевающихся на ветру, он притягивал к себе взгляд. Его строгое лицо воина не могло скрыть природной доброты, которая лучилась из его серых глаз.
— Что дает тебе силы, Ректус? Амалия — моя дочь, и я всем сердцем жажду ее спасти, но мои силы на исходе, и я уже близок к тому, чтобы просто упасть навзничь и молить судьбу о пощаде.
Ректус посмотрел на дожа с состраданием.
— Я черпаю силы в вере. Господь дает их мне. Уверуй — и ты получишь столько силы, сколько нужно для того, чтобы прославить имя его.
— Что нужно сделать, чтобы стать христианином? Принести жертву Иисусу или провести какой-то обряд? — Зарий подошел поближе к Ректусу.
— Достаточно прочесть вслух символ Веры и окропить голову святой водой.
— Мы можем это сделать прямо сейчас? — Зарий почувствовал, как начала ликовать его душа, неведомое доселе чувство обволакивало его с головой.
— Можем. Повторяй за мной! Верую…
— Верую…
— Во единага Бога отца…