Радостные лица стремительно появлялись и исчезали на ее пути, сменяясь новыми. Фрея в ответ улыбалась, кивала и выкрикивала приветствия. Сколько народу собралось сегодня в старом амбаре! И все веселятся, шутят, танцуют. Кое-кто даже успевает целоваться. Фрея пронеслась мимо Аннетт и Гийома, но они, целиком поглощенные друг другом, кажется, ее вовсе не заметили.
Майкл, которого по случаю праздника не отправили спать, а разрешили остаться с взрослыми, в компании таких же, как и он, счастливчиков, бегал между танцующими. Фрея подозревала, что, несмотря на ее запрет, Жервеза все же дала ему попробовать вина последнего урожая. Уроженка Бордери, она считала, что молодое вино сродни материнскому молоку – придает сил и здоровья. И ее невозможно было переубедить.
Подумав о Жервезе, Фрея вновь бросила взгляд в ту сторону, где восседала ее домоправительница. И в тот же миг сердце у нее в груди взволнованно дрогнуло. Потому что рядом с креслом Жервезы стоял тот, чьего прихода она так боялась и так нетерпеливо ожидала. Габриель…
Он с улыбкой о чем-то переговаривался с пожилой женщиной, периодически скользя небрежным взглядом по танцующим парам. Интересно, что привело его на праздник?
Укрывшись за плечом Матье, Фрея рассматривала Габриеля. За то время, что они не виделись, он нисколько не изменился. Все такой же уверенный в себе и неотразимый. Ей пришлось признать, что, как бы она к нему ни относилась, Габриель остается мужчиной, притягивающим к себе внимание. Свидетельством тому стало скопление гостей в той стороне, где он находился, причем преимущественно женского пола.
Фрея и сама признавала, что от Габриеля исходит магнетизм, воздействующий даже на нее. Еще взгляд – и она пропала!
Ах, почему ей никогда не удается остановиться вовремя! Фрея от отчаяния стиснула зубы, но воображение уже рисовало мускулистое тело, нескрываемое джинсами и свитером домашней вязки. Господи! Неужели нельзя было создать кого-нибудь менее совершенного?
Танец окончился. Люсьен сменил Матье. Один из музыкантов объявил игру. Тотчас в центр стали выходить новые пары. Краем глаза Фрея заметила, что невысокая темноволосая девушка, дочь конюха Жерома, пригласила Габриеля и он согласился.
Игра была проста. Мужчины и женщины двигались по кругу в противоположные стороны, пока звучала музыка. Лишь только она прерывалась, остановившиеся друг против друга целовались, а затем продолжали танцевать. Больше всего подобное развлечение нравилось молодежи. Еще бы! Сорвать поцелуй с губ любимого или любимой на глазах родителей, тетушек и прочей родни, и при этом не получить взбучки! Ничего не поделаешь, традиция.
Скрипачи ударили смычками по струнам, озорная мелодия подхватила Фрею вместе со всеми и понесла по кругу. Пауза! Люсьен сокрушенно вздохнул, он немного проскочил, и Фрея уже целовалась с каким-то высоким парнем. Снова музыка! И опять пауза.
Фрея остановилась и подняла глаза. Перед ней стоял Габриель. На его лице отразилось смятение, впрочем быстро сменившееся самоуверенной улыбкой. Каков нахал! Фрее захотелось немедленно повернуться и убежать прочь, но мужчина уже склонялся к ее губам.
Вкус меда! У губ Габриеля оказался вкус меда, душистого и дурманящего. Она приникла к ним и пила, пила их аромат. Неожиданно все кончилось и до ее слуха донесся его приглушенный голос:
– Что ты делаешь?
– Целую тебя.
Она открыла глаза и увидела, что они – единственные, кто остался на месте, остальные продолжали игру. Но ей было безразлично: ее пара нашлась. Фрея вновь потянулась к губам Габриеля.
Он с тихим смешком отпрянул от нее.
– Ты сумасшедшая, здесь же кругом люди.
– Ну и пусть! Если боишься за свою честь, уведи меня туда, где никого нет.
– Дурочка, я беспокоюсь за твою репутацию. Не спеши делать глупости, о которых потом будешь жалеть.
Но Фрея не желала слышать никаких отговорок.
– Поцелуй меня еще раз, Габриель. – В голосе молодой женщины появились просительные нотки.
Габриель подозрительно покосился на нее, а затем усмехнулся внезапной догадке.
– А-а! Кажется, я понимаю, в чем причина твоего игривого настроения. Ответь, сколько бокалов молодого вина ты уже выпила?
– Не знаю, здесь так жарко. – Фрея нахмурилась. – У меня кружится голова.
– Это все вино, – заметил менторским тоном Габриель.
– Ты такой красивый. Я скучала по тебе. – Она словно не слышала его, продолжая смотреть влюбленным взглядом.
– Это опять вино. – Мужчина не сдавался.
– Обними меня.
– И это снова вино.
– Я люблю тебя, Габриель! – Он уже открыл рот, собираясь в очередной раз съязвить, но она, сверкнув глазами, накрыла его ладонью. – И если ты скажешь еще слово о вине, то мне придется поколотить тебя.
– Больше не буду, – пообещал Габриель и добавил: – Я сожалею лишь об одном.
– О чем же? – Фрея не могла скрыть любопытства.
– О том, что ты так редко напиваешься, – промолвил он с необычайной теплотой. Затем склонился к ее уху и шепнул: – Я буду ждать тебя на улице. Постарайся выскользнуть незаметно.
Фрея молча кивнула и поискала глазами Майкла. Следует поручить его заботам Жервезы, поскольку сама она уже ни за что не отвечает.
Морозный воздух приятно обжигал разгоряченную кожу. Фрея поправила шерстяную шаль и осмотрелась. Габриеля нигде не было видно.
– Обманул, – сокрушенно пробормотала молодая женщина и медленно пошла к конюшне.
Возвращаться в амбар не хотелось. Обида тисками сдавила горло. Припав к лошадиному стойлу, она готовилась уже зарыдать в голос, как вдруг ощутила себя в крепких объятиях.
– Габриель! – радостно воскликнула Фрея и обернулась.
– А ты искала кого-то другого? – поинтересовался он. – Я же сказал ожидать меня на улице.
– Я ждала, но тебя не было, и мне подумалось…
– Что я тебя обманул? – закончил за нее Габриель. – Глупышка, я просто искал подходящее место.
– Подходящее для чего? – спросила Фрея.
– Для того чтобы заняться с тобой любовью, милая, – нежным голосом пояснил он.
– И как? Нашел?
– Пойдем покажу. – Габриель обнял ее за талию и провел мимо стойл в глубь конюшни, туда, где шаткая лестница вела на сеновал.
Поддерживаемая уверенной рукой возлюбленного, Фрея вскарабкалась наверх и восхищенно хлопнула в ладоши.
– Как здесь замечательно!
– Я знал, что тебе понравится, – произнес поднявшийся следом Габриель. Он стянул через голову свитер и, отбросив в сторону, взялся за ремень джинсов. Затем перевел взгляд на Фрею. – Не хочешь мне помочь?
Она с легким смехом подошла к нему и протянула руки к молнии.
– Ты так торопишься на свободу?
Почувствовав прикосновение ее пальцев, Габриель шумно выдохнул. Ему снизу откликнулся вороной жеребец. Мужчина еле сдержал улыбку.
– Что, брат, завидуешь?
– Все мужчины одинаковы. – Фрея избавила его от джинсов и теперь принялась за белье. – Стоит где-нибудь взметнуться какой-нибудь юбке, и вы тут как тут.
Оставшись нагим, Габриель отступил в сторону и посмотрел на нее свысока.
– Во-первых, не «какой-нибудь», а твоей, цветастой. Во-вторых, уверен, ты гораздо лучше смотришься без нее. В чем мне не терпится убедиться.
– Боюсь, без одежды мне будет холодно, – кокетливо промолвила Фрея и призывно взглянула на Габриеля.
Он шагнул к ней, уже не сдерживая рвущейся наружу страсти, и обнял.
– Обещаю, тебе станет так жарко, что ты забудешь о зимней стуже.
Теплая шаль полетела на пол, к ней присоединилась и остальная одежда Фреи. Сильные руки подхватили ее и уложили на душистое сено.
– Теперь ты будешь меня целовать? – спросила она, обнимая Габриеля за шею и притягивая к себе.
– Сколько угодно, любимая, – ответил он, склоняясь над розовыми, словно бутоны, сосками ее груди.
Фрея всхлипнула от счастья и устремилась навстречу его губам, жадно ловя каждое прикосновение. Щелкнула, расстегнувшись, заколка, и ее волосы светлым облаком окутали плечи. Как зачарованный Габриель принялся перебирать пряди пальцами, находя их удивительно шелковистыми. Его горячее дыхание приятно обожгло шею Фреи, коснулось губ, сорвалось вниз.