В довершение ко всему температура держалась плюс тридцать один. Дышать было нечем. Вместе с остатками воздуха в легкие проникали капельки дождя.
Газеты печатали карту распространения циклона и подробные сообщения о жертвах и разрушениях.
Циклон нанес урон и нашей делегации. Заболел Руководитель. От перемены температуры, от чрезмерной влажности, словом, от тропиков стало пошаливать сердце и поднялось давление. Наши гостеприимные хозяева начали возить к больному врачей.
Врачи приезжали несколько раз в день, брали анализы, измеряли давление и изучали показания электрокардиографа. Но этим они не ограничились. Они повезли нашего Руководителя в больницу, чтобы часть анализов проделать в клинических условиях. Там они предприняли попытку оставить больного в клинике на неопределенный срок, вылечить от всех болезней, явных и тайных, и даже… заново прооперировать аппендицит. Аппендикса давно уже не было, его удалили лет двадцать назад, если не больше, но местным хирургам шов показался некрасивым… Больной оказал сопротивление и из больницы удрал. Врачи не ослабили усилий и строго следили за тем, чтоб пациент не вставал с постели и принимал лекарства во все возрастающем количестве.
В разгар циклона в Мадрасе появились афиши, возвещавшие, что город осчастливила своим прибытием советская футбольная команда «Жальгирис» из города Вильнюса. Футболистов расселили в нашем же отеле. По утрам можно было видеть, как неутомимые ребята выскакивали на зеленую лужайку и там под ливнем бегали, прыгали, кувыркались, а вратарь раз за разом падал в большую лужу. Было ясно, что футболисты готовились к игре и никакой циклон не мог остановить их спортивный порыв.
При команде обнаружился доктор. Плотный мужчина с широкими плечами и тяжелой походкой человека, которого вырубили из камня. Глядя на него, в голову могла прийти мысль, что, заболей кто-нибудь из защитников, доктор подменит его. Нападающие противника столкнутся с доктором, и их унесут с поля.
Футбольный доктор тоже пришел посмотреть нашего Руководителя.
— Ну что? — спросил он. — Болеете?
Больной был вынужден сознаться, что да, дескать, случилась такая беда.
— Чем болеете?
Больной прозрачно намекнул, что медицине виднее.
Доктор с этим согласился, выслушал больного и сказал:
— Вполне может быть воспаление легких и бронхит тоже, а может, что-нибудь с сердцем, а может, просто перемена климата. Чтобы установить диагноз, надо сделать двести анализов…
— Местных лекарств я не знаю… — продолжал доктор. — Но от витамина С вреда не будет. Мы всегда даем его футболистам перед игрой…
Спустя несколько дней индийская профессура установила: больной транспортабелен. Мудрое слово, которое в данном случае означало, что нашего Руководителя можно и должно отправить домой, на Родину. А продолжать путешествие и оставаться в тропиках ему противопоказано.
Мы проводили Руководителя на аэродром и посадили в самолет, который летел в Дели. Мы нагрузили больного человека письмами и наказом незамедлительно по приезде вручить эти письма родным. Мы распрощались с грустью, ибо уже привыкли друг к другу и успели подружиться. Писатель Сундарам набросил на плечи уезжающему цветную шаль, а на шею надел гирлянду из сандала. Запах сандала не исчезнет и будет напоминать о Мадрасе.
К моменту вылета дождь поутих, «Каравелла» взмыла в воздух, и мы остались без начальства.
На аэродроме я встретил футболистов. Они ждали самолета в какой-то маленький городок. Сыграть в Мадрасе им не удалось — циклон! На стадионе можно было играть в водное поло, но никак не в футбол. Для меня, футбольного болельщика, их отъезд был очередной неприятностью, причиненной циклоном.
Потом мы снова встретились в Бомбее. Здесь мне опять не повезло, и на стадион я не попал: матч был назначен как раз на то время, когда мы покидали город. А в центре, чтобы нас поддразнить, висела афиша: «В Бомбее играет „Жальгирис“, лидер советского футбола».
Выступая в ответственной роли нашего футбольного лидера, литовцы оказались на должной высоте: чуть ли не все матчи они выигрывали с одинаковым счетом 6:0! В Индии футбол, конечно, популярен, но не так, как травяной хоккей. В этой игре индийцы были и чемпионами мира и чемпионами Олимпийских игр. И матч по травяному хоккею мне не удалось посмотреть. Правда, в Мадрасе я видел мальчишек из миссионерской школы. Они шли на урок физкультуры, и каждый нес в руке клюшку. Миссионер-индиец тоже нес клюшку. На стадионе в Бомбее несколько минут я наблюдал за тренировкой местных чемпионов. Они мчались по полю на таких скоростях и так владели клюшкой, что мне казалось, будто старшиновская тройка вдруг очутилась здесь…