Двигаясь под перекрестным обстрелом, иногда даже передвигаясь по танкам, он стремился к центру местности, где происходил бой. В руках он нес палку, похожую на копье и красный кристалл. Кристалл в его руках был теплым и мигал красным светом. Оши, отрывисто дыша, перепрыгнул очередной танк и оказался на земле. Осмотревшись, он понял что это лучшее место. Комбинезон, надетый на него, отводил в сторону все летящие в него снаряды и лучи. Это была первая, экспериментальная модель, работающая на психической энергии человека. Защита действовала, пока человек был сам психически силен. Некоторое время он был в безопасности. Вонзив в землю копье, он поместил на торчащий конец палки кристалл, закрепил его и сжал в ладонях. Сосредоточившись, он закрыл глаза и стал давать установку кристаллу, вкладывая в это силу. Тепло кристалла приобрело свой пульс, стало колоть словно тысяча иголочек вонзались в кожу. Уловив пульс, Оши выпустил кристалл. Он понял, что его установка подействовала. В момент, когда Оши решил отступать, на него упала сеть, выпущенная топтуном, перешедшим на сторону врага. Забарахтавшись в ней, Оши попытался ее сбросить, но это было невозможно. Он взлетел в воздух вместе с сетью. С ним произошло то же, что и с каждым, кто попадал в нее.
А кристалл начинал пульсировать все сильнее и сильнее, отмечая свое биение все более яркими вспышками красного света. Радиус этого света все больше увеличивался, отмечая новую территорию. Видя это в свой экран, Косинский направился к маленькому кораблю, заранее приготовленному. Времени оставалось все меньше и меньше. Понимая, что поступает против чести, бросая свою армию на уничтожение, он тем не менее собрался убраться до наступления взрыва. Взлетев над панорамой боя как можно выше, он бросил последний взгляд вниз. Перед взрывом время как будто застыло. Солнце на горизонте уже закатилось, но небо было все еще расцвечено разными оттенками алого. Когда же свет от кристалла растекся на всю округу, сверху казалось, что это огненное море вышло из берегов и бурлит. Зная, что взрыв покроет и летательные средства, Косинский разогнал на всю скорость свой корабль, пытаясь отлететь как можно дальше. Взрыв мягкой волной последовал за ним, он был почти бесшумным для человеческого уха, но корабль генерала мелко вибрировал. После взрыва ничего не должно было остаться. Ему необходимо было доложить всю не стандартную ситуацию, которая возникла. Он был уверен, что поступает правильно.
Игорь открыл глаза. Перед его взглядом прорисовался белый потолок. До него стали доноситься звуки с улицы. Слышалось, что там царит какая-то суета, перерастающая в панику. Раздавались чьи-то крики. Персонал больницы словно куда-то исчез. Игорь поднялся и вышел в коридор. Все двери были открыты нараспашку, все, кто мог, уже воспользовались этим выходом. Уже понимая, что происходит, Игорь пошел к двери, на выход. Спокойно пройдя коридор и выйдя на улицу, Игорь прошел небольшой садик и оказался на городской улице. Люди кругом метались, происходило что-то страшное. Он услышал гул. Гул нарастал, и Игорь понимал, что такое является его источником. Среди людей, бегающих по городу, он стал замечать военных в полном обмундировании. Дело было плохо, но страха в его душе не было. Он многое успел обдумать, понять. И сейчас, стоя посреди города, в котором наличие гольмов не предполагалось ранее, он все решил. Если гольмы добрались даже сюда, в хорошо охраняемые места, значит все еще хуже, чем он думал раньше. Игорь услышал движение техники и первые залпы. Если дело разгорится во всю, то можно будет попрощаться с этим городом, от него останутся в лучшем случае руины.
Глубоко вздохнув, Игорь закрыл глаза, поднял руки и попытался сосредоточиться на своем внутреннем ощущении. Сквозь него ментально проходили слова и крики, он их постепенно переставал замечать.
Эллипсы летели низко над городом, их лазеры без устали работали, оставляя воронки. Летательные средства распределялись по небу и начинали атаковать эллипсы, ценой своего существования. По крышам домов прыгали топтуны, использующие энергетические сети. Топтуны противника делали то же самое, не останавливаясь ни на секунду. Военные и гольмы сталкивались на улицах города, вступая в бой. Все военные знали, что близко гольмов подпускать нельзя, иначе произойдет поворот в сознании. Количество же гольмов лишало всякой надежды. Было слышно, как в отдельных местах города зарождаются убийственные смерчи, и их ничего не могло остановить. Военное руководство собиралось пожертвовать городом, установив красный кристалл в его центре.