Мама плакала, сказала, что они считают её алкоголичкой и хотят забрать Риту в детский дом. Но это все глупости. Она никогда не бросит маму. Папа так сказал. Он по утрам уходил на работу, тайком давал ей конфету, и шептал на ухо:"Присматривай за мамой". Папы больше нет. Теперь за мамой надо смотреть еще лучше. И никто ее не заставит маму бросить.
Через два дня завуч снова пришла с каким-то взрослым парнем. Наверное, одиннадцатиклассник. Может, новенький? Точно проблемный. Вон все лицо в синяках.
Сегодня ей ничего не светит здесь увидеть. Мама с утра ещё не пила, пока спит, а у Лилии Максимовны первый урок в 5 "А", значит задерживаться не будет.
Зачем вообще пришла? Вчера после уроков Рита ходила к ней и предупредила, что больше вообще не придёт в школу, если ее маму будут обижать! Дрожала так, что заикалась. Но откуда - то взяла силы.
-Маргарита, я за тобой.
Вскочила в надежде, что они быстро уйдут, но...дверь скрипнула и мама с опухшим лицом потрескавшимися губами попросила утреннюю порцию горячительной радости. Завуч даже не стала с ней здороваться и возмущаться. Плохой знак.
Всю дорогу до школы она продолжала грозиться, поджогами и разгромами, если ее заберут у мамы. Парень смотрел на неё, как на буйного несмышленыша. Лилия молчала. А девочку трясло. Была уверена, что прямо сегодня ее заберут с уроков и мама останется одна. Три урока просидела, дрожа как лист и не сводя взгляда с двери. Потом сбежала.
Через два дня начнутся каникулы. Тогда ее точно не заберут уже. Дома была только мама. Трезвая. Редкий, но сладкий праздник для ребёнка. Потом таких дней с каждым годом становилось все меньше. Только если мама уже не могла пить, потому что ей бывало очень плохо. Потом все по новой.
Чудеса в ее жизни начались, когда спустя пару недель после каникул в день ее рождения во дворе заливисто лаял пес. Она выскочила босая и уставилась на подарочный пакет, коробку, из которой и доносился лай и большую открытку. Мама оставила ей во дворе щенка. Конечно, мама. Кто же ещё?! Лохматого, глазастого и мелкого. Шерсть длинная, коричневая. Наверное, какой-то породистый. Рита наклонила коробку и чудо выкатилось, как ежик. Песик лениво поплелся, обошёл весь заваленный барахлом двор и вернулся к ней.
К осени он вырос в огромного нерасторопного оболдуя, которого самого надо было защищать. До школы оставалось несколько дней. Мама каждый день обещала, что они сходят за формой. Но потом оказалось, что деньги закончились. И формы не будет. Зато её попросили помочь с ремонтом в школе. Старшеклассники красили и белили по всей школе, а она перекладывала книги с одной полки на другую. И протирала и без того чистые шкафы в кабинете у Лилии Максимовны. Она спросила, какой у неё рост. Через день её снова позвали в школу. Завуч сказала, что некоторые родители, ее мама в том числе, заказали форму у родственницы Лилии Максимовны. Все забрали, только ее осталась. А обувь она купила своей дочери, но им не подошла, поэтому Рита ее тоже должна забрать, а с мамой они потом расчитаются. А ещё ей выдали самые новые учебники. В рюкзаке.
Тащила домой сумку и очень хотелось зареветь. Потому что форма очень красивая и дорогая, мама, наверное, не сможет заплатить. Первого сентября она вышла из комнаты одетая. Ткань приятно касалась кожи, и сидела на ней так красиво, что ей казалось, будто никого красивее нее сегодня в школе не будет. А туфли впервые за столькл лет нигде стягивали, не спадали и не натирали. Легкие такие. У мамы дрожали руки, но она не выпила. Обещала, что пойдёт с ней в школу. Рита не поверила, а мама сдержала слово.
- Какая ты красивая, доча! А чья это форма? - пряча глаза спросила она.
Рита напомнила маме про швею. Про обувь мама не спросила ничего.
В школе на линейке мама стояла подальше от всех. Только когда уходили, зашла в кабинет завуча, а вышла со слезами. Плакала всю дорогу. А Рита еще больше ненавидела эту ужасную женщину, которая довела маму до слез, потому что та не может заплатить.
- Мам, давай вернём форму. Она мне и так не нравится. Пусть эта швея продаёт ее кому-нибудь.
Мама обняла ее. Давно не обнимала.