'Мое дражайшее дитя, ты обладаешь величайшим средством достижения цели'.
'И в чем оно заключается?'
'В тебе. В твоей красоте...Я никогда не видела более прекрасного создания. Поэтому! Как ты можешь отчаиваться, имея такой природный дар!' Жакетта приблизилась к дочери, таинственно и тихо прошептав: 'Грядут перемены, я тебе обещаю. Твоя судьба переменится. Подожди, Елизавета. Наберись терпения. Доверься твоей матери. Доверься древней змее Рейна'.
Елизавета с пылкой надеждой взглянула на мать.
'В конце концов, мне удалось взбодрить ее и воодушевить', - подумала Жакетта.
Оставив дочь мыться и отдыхать, она отправилась в свои покои.
Было замечательно видеть Елизавету с мальчиками рядом. Проблемы с детьми заключались в том, что они уходили, мальчики - воспитываться при других знатных семьях, а девочки - в дома их будущих мужей. Жизнь окрашивалась грустными тонами, а те, в свою очередь, вызывались глупыми условностями. Членам семьи следует находиться друг с другом. Жакетта всегда восставала против совершения поступков, которых от нее ожидали. Она твердо верила, что наделенная силой духа женщина способна все решить сама.
Жакетта была вынуждена вступить в брак, как только ей исполнилось шестнадцать. Этот союз обладал чрезвычайной значимостью и, несомненно, радовал семью. Она вспомнила, как дядюшка, Луи Люксембург - Епископ Теруана, - пришел к ней, потирая ладони и приговаривая: 'Великая удача, племянница. Я устроил для тебя сказочно удачный брак'.
Пришлось прибегнуть к определенной завесе тайны, ибо союз раздражал великого герцога Бургундии. Тогда все боялись нанести ему оскорбление, даже важный человек, кого родственникам Жакетты удалось связать узами Гименея. И причина была не только в нежелании Бургундией обновления англичанами их влияния на Люксембург, но и в недавнем вдовстве новоявленного жениха, чья покойная жена являлась сестрой самого великого герцога.
Сложившаяся интригующая ситуация привлекла к своей завязке заинтересовавшуюся ей Жакетту. Будущим мужем девушки оказался могущественный герцог Бедфорд, в те годы (как некоторые утверждали) - самый важный человек во Франции, потому что он занимал положение регента с того самого момента, как скончался его брат, Генрих Пятый, завоевавший страну и женившийся на дочери французского короля. Не удивительно, что семья Жакетты грезила об их союзе. Да и невеста не испытывала к данной мысли отвращения, за исключением факта принуждения ее выйти замуж, ведь Жакетте всегда нравилось лично выносить окончательное суждение. А затем она его увидела. Суженый находился в расцвете сорока лет и показался Жакетте совсем стариком.
Однако, свадьба состоялась. Муж не был злым. Он считал супругу очень привлекательной и полной очарования, а та не часто его видела, - герцог регулярно занимался важными вопросами и связанными с ними церемониями, относившимися к еще одному основательному делу - умиротворению могущественной Бургундии.
Брак продлился не долго. Несчастный пожилой человек, он умер, изнуренный проблемами и глубоко подавленный, зная, что власть над Францией англичане теряют.
Жакетта обрела свободу. Когда она увидела самого привлекательного в Англии мужчину, ей исполнилось семнадцать. Он выглядел таким не только в отражении ее любящих глаз, девушка слышала, как остальные равно называют его красивым. Ричард Вудвилл владел Мот Мейдстоном, но тут умер брат, и он унаследовал Графтон в Нортгемптоншире.
Ричард хорошо служил покойному мужу Жакетты, к тому же за десять лет до их встречи, его посвятил в рыцари в Лестере сам Генрих Шестой. Разумеется, даже принимая во внимание рыцарство, Ричард являлся только скромным оруженосцем, тогда как Жакетта - дочерью графа Сен-Поля из правящей люксембургской династии. Девушка понимала, - если она сделает свое желание сочетаться узами брака с Ричардом Вудвиллом известным, со стороны семьи последуют возражения. Хотя возражения ли? Гораздо серьезнее. Брак строго запретят, а затем последуют попытки поспешно устроить союз с кем-то, занимающим высокое положение и, скорее всего, абсолютно не способном пробудить в ней физического влечения. Дело обстояло так, что, после встречи с Ричардом Вудвиллом, Жакетте никто не подходил. Поэтому, опираясь на определяемое ее дядей, как нехватка соответствующего социальному положению рассудка, она тайно вышла замуж за красивейшего мужчину в Англии. Пыл, с которым брак осуществился, оказался настолько велик, что, прежде чем взбешенные брат и дядя узнали о нем, Жакетта уже носила Елизавету, и, таким образом, все попытки объявить союз противозаконным становились невозможными.
Жакетта окунулась в сказочное счастье и, родив одного за другим четырнадцать детей, едва ли выглядела хоть на день старше минуты свадьбы с ее прекрасным Ричардом. Она знала, окружающие шепчутся, приписывая ей колдовские чары, ибо кому, кроме ведьмы под силу продолжать выглядеть столь молодо, привлекательно и наслаждаться жизненными силами после вынашивания такого количества детей.
Но Жакетта обладала нужным запасом сил и использовала их. Тут присутствовали порошки, смеси, не говоря о кремах, помогающих волосам удержать свойственный им цвет. В этом искусстве она разбиралась, и, если его называли колдовством, тогда Жакетта была настоящей колдуньей. И она наслаждалась своей жизнью, за исключением того, что муж и сыновья оказались оторванными от дома и семей, дабы биться в этих проклятых сражениях двух роз. Но природа Жакетты позволяла ей понимать, встречи не будут столь славными, не предшествуй им расставания. Жизнь полнилась значительными возмещениями.
В глубине души Жакетта радовалась, что сейчас, как казалось, трон твердо занял Эдвард. Он мог быть врагом, но принятие его в качестве короля остановило бы столкновения, а Жакетта более всего на свете желала членам своей семьи безопасности и нахождения с ней столько, сколько только возможно.
'Я горжусь моими Вудвиллами', - произнесла женщина, - 'каждым из них'. И она снова поздравила себя с мудростью щелчком пальцами отринуть условности и устремиться по пути романтики. Существовал неписаный закон, по которому, если женщина впервые выходила замуж по соображениям государственным, то в следующий, возникни для него возможность, - ей следовало совершать выбор самой. Именно это Жакетта и сделала. Бедный Ричард, он оказался растерян, немного испуган, но она сбила его с ног, ведь тот совсем не подходил требовательной и решительной герцогине Бедфорд.
Конечно, Ричард был прав в страхе перед возникшими проблемами. Брат Жакетты, граф Сент-Поль, и ее дядя, Луи Люксембург, епископ Теруана, прислали супругам горькие упреки и объявили, что более лицезреть Жакетту не хотят. Она отмела их жалобы щелчком, объявив, что разлуку с близкими пережить вполне способна. Естественно, рассвирепели не одни Люксембурги. Также возмутился английский правящий дом, ведь, сочетавшись узами брака с герцогом Бедфордом, Жакетта стала его частью.
Генрих, тем не менее, проявил благосклонность, и все, чего он потребовал, оказалось штрафом в тысячу фунтов стерлингов. Найти столько денег было, разумеется, не просто, - Ричард являлся бедным рыцарем, но пара справилась, заслужив вскоре прощение, и, благодаря непоколебимой верности и службе главы семьи династии Ланкастеров, поднявшись до статуса лордов. Отныне Ричард стал лордом Риверсом, - это имя выбрали по титулу старого родственника из линии Редверсов. Потянулись счастливые годы, омраченные лишь разлуками и опасениями перед потенциальными опасностями, грозящими Ричарду в этих глупых противостояниях. Равно множеству других женщин, Жакетта не сильно заботилась, чья сторона одержит верх, но всей душой хотела узнать, настанет ли конец бессмысленным убийствам.
Никто не чувствовал себя в безопасности, - хотя, когда такое вообще случалось? Человек в любой момент мог оскорбить кого-то, занимающего высокое положение, и даже мало-мальский повод приводил к тому, что ему легко сносили голову. Легче всего жизнь протекала за городом, вдали от двора и опасных интриг, где в окружении семьи и любила находиться Жакетта.
И вот теперь домой со своими проблемами вернулась Елизавета: прекрасная Елизавета с ее длинными золотыми волосами и лицом, напоминающим греческие статуи, высокая, гибкая, с телом, ни на грамм не пострадавшим от вынашивания детей.
Жакетта прикоснулась к изображению змеи на приколотой к платью броши.
Она была уверена, что ее прекрасная дочь обязательно отыщет выход из сложных жизненных обстоятельств. Из всех детей Жакетты Елизавета лучше остальных умела о себе позаботиться.
В течение последовавших месяцев молодая женщина получила массу времени, чтобы обдумать выпавший ей жребий. Он казался худшим из существующих, ведь Елизавета все спланировала совершенно иначе. Будучи исключительно красивой с тех самых пор, как только могла хранить воспоминания, она надеялась извлекать из собственных выдающихся физических совершенств одни выгоды. О своем очаровании Елизавета знала с колыбели, и, хотя понимала, что ее отец не относится к могущественным вельможам Англии, однако предполагала вступление в удачный брак.