Первого января дитя присоединилось к матери.
Прибывший в замок Уорвик Джордж был оглушен горем.
Изабель мертва! Внутри словно раскинулась пустыня. А он хотел рассказать ей о своих планах, надеялся поприветствовать следующего отпрыска. А теперь и Изабель, и ребенок мертвы, оба!
Жизнь была к Джорджу жестока. Она не только отказала ему в короне, но и отобрала любимую жену и младенца.
Из глаз герцога текли настоящие искренние слезы. Он станет тосковать по Изабель. Никогда уже не появится кого-то, о ком бы он заботился так, как о ней.
Джордж сузившимися глазами обозрел присутствующих в спальне Изабель дам. Его терзала обида на них, - ведь они живы, а Изабель - умерла.
Кларенс вернулся ко двору. Место гудело от новостей, посвященных смерти герцога Бургундского. Сестра Джорджа, Маргарет, стала вдовой, а сын Карла ушел в иной мир, опередив отца, поэтому у герцога осталась лишь дочь, Мария, и ей надлежало войти в права собственности обширных бургундских территорий. Девушка превратилась в богатейшую наследницу Франции, или, в более полном масштабе, целой Европы.
Положение складывалось интересное.
Никому, разумеется, не было под силу заменить в сердце Джорджа Изабель, но человек его ранга имел обязанность жениться, и, если так, то вступать в брак следовало с выгодой не только себе, но и своей стране.
Вероятно, слишком рано представлялось думать о повторном браке, когда Изабель едва успела остыть в могиле, но вопрос стоял именно так, и ждать не получалось. Бургундскую наследницу необходимо перехватить на всей возможной скорости. В этом можно было увериться твердо.
Джордж упомянул о возникшей возможности Эдварду. 'Королевству стало бы полезно прибрести бургундские земли в английский карман', - заявил он.
Эдвард задумался. Последнее на что он дал бы согласие - это союз между братом и Марией Бургундской. Монарх знал, - Карл верит, что обладает правами на английский трон...пусть и очевидно шаткими. Его матушка, Изабелла Португальская приходилась внучкой Джону Гонту. Данные права, какими бы слабыми не являлись, укрепили бы претензии Джорджа. Само собой, допустить связи герцога Кларенса и Бургундии никак нельзя.
Эдвард обсудил это с Гастигсом. 'Моя сестра Маргарет, герцогиня Бургундии, всегда покровительствовала Джорджу. Одним небесам известно, - почему. Когда Маргарет его знала, он был очаровательным ребенком, а ты понимаешь, как в семье у каждого появляются любимцы. Сестра способна попытаться повлиять на Марию в выборе в мужья Его Милость Кларенса'.
'Вы же никогда этого не позволите', - проронил Гастингс.
'Господи, конечно, нет. Мне бы хотелось вышвырнуть его из страны...но не в Бургундию. С таким чрезмерным притязанием ты можешь себе представить, что Джордж затевает'.
'Несомненно могу', - ответил Гастингс.
Пока король со всех сторон взвешивал проблему и готовил формулировку отказа Кларенсу, Елизавета тоже упомянула при нем о возникшем вопросе.
'Союз между Англией и Бургундией мог бы принести хорошие плоды', - скромно заикнулась она.
'Это будет сильно зависеть от новобрачного, моя дорогая'
'Мне тоже так кажется. Вы не думаете...?'
'Выбрать его? Мне тяжело даже покуситься на подобное. Мария, уверен, дама умная и твердая. Она обязательно пожелает поднять в данной истории свой голос'.
'Она вступит в брак, который подойдет ей наилучшим образом, я не сомневаюсь, но ваша сестра Маргарет, вероятно, что-то скажет о возникшем положении. Мне кажется, дамы - очень близкие подруги'. Елизавета заколебалась и быстро взглянула на мужа. Эдвард слегка улыбнулся. Что произойдет дальше, было ему известно. Дорогая Елизавета, планы по возвеличиванию семьи били из нее ключом. Кого сейчас она имела в виду? Можно догадаться. Энтони. Как и Джордж, тот недавно потерял жену и уже ошивался на матримониальном рынке. Да, пусть Елизавета постарается утащить себе этот неоценимый приз.
Эдварду пришлось согласиться с женой. Как мог граф Риверс рассчитывать на союз с бургундской наследницей? Тем не менее, стоило Елизавете выйти за короля Англии, как она поверила, что на этом свете возможно все.
'Представляется', - произнес Эдвард, захватывая один из локонов золотистых волос, лежащих на ее плечах, и задумчиво накручивая его на пальцы, - 'что моя госпожа успела присмотреть для удачливой девочки супруга?'
'Я бы не осмелилась предлагать...'
'Тогда прошепчи это мне, любовь моя'.
'Хорошо, Эдвард, я думаю, если бы на барышне женился Энтони, стране бы стало очень хорошо'.
'Энтони! Елизавета, тебе известно, что мой братец Джордж тоже положил глаз на девушку?'
'Вы никогда подобного не позволите'.
'Нет', - произнес Эдвард. 'Никогда'.
'Значит, Энтони...?'
Король продолжал улыбаться, глядя на жену. Он не ответил. До каких пределов протянулось ее честолюбие в отношении семьи? Неужели Елизавета действительно полагает, что богатейшая наследница современности получит разрешение выйти за простого графа, унаследовавшего свои громкие титулы исключительно благодаря отношениям сестры с английским монархом?
Однако, вид у королевы был на редкость умоляющий. Почему бы и не дать разрешение? В любом случае, из этого ничего не выйдет. В Бургундии предложение подвергнется презрительному осмеянию, и, вероятно, это научит Елизавету не метить в будущем столь высоко для родни. С ней самой дело обстояло иначе. Королева добилась своего места с помощью выдающейся красоты и решимости никогда не раздражать супруга критикой его действий.
'Хорошо', - согласился Эдвард, - 'пусть Энтони попробует. Хотя из этого ничего не выйдет, я тебя уверяю. Но в попытке вреда не будет'.
Так и случилось. Но он не стал ей отказывать. Наоборот, как обычно, доставил удовольствие. А неприятную роль сыграет кто-нибудь другой, это неизбежно.
С Кларенсом все произошло в кардинально ином ключе. Явившись и попросив позволения на сватовство к бургундской наследнице, он получил категорический запрет.
Как Эдвард и ожидал, надежды Энтони попали под град презрения, но, когда Джордж понял, что попытка Риверса была благословлена королем, тогда как ему и этого не дали, ярость его не знала границ.
С него хватит. Король с королевой стали для него отныне злейшими врагами, поэтому действовать герцогу придется соответственно.
В замок Уорвик он вернулся в самом дурном настроении. Объяснил, что находится в трауре по горячо любимой жене.
Джорджа обступило одиночество. Он мог рассмотреть и следующий союз, если бы с бургундскими проектами все прошло бы гладко. Утраты Изабель новый брак бы не восполнил, но от презренного одиночества ум отвлек бы, несомненно.
Эдвард в подобном утешении брату отказал. И, что еще хуже, пожаловал это право Энтони Вудвиллу! Господину Риверсу! Выскочке! Где бы тот находился, если бы сестра не привлекла к себе короля и не проявила бы хитрость, отказав ему в связи до заключения брака.
Будь прокляты Вудвиллы! И эта хитрюга королева пыталась притвориться Изабель другом, отправив к ней ту женщину...некую Анкаретт. Проклятие, проклятие, проклятие Вудвиллам, и, в особенности, Ее Величеству, на которой лежит ответственность за их возвышение. Эдвард отменно сглупил, женившись на даме без соответствующего положения. Такие всегда становятся чудовищами, когда наступает минута присваивать титулы и земли.
Он разъяренно сжал зубы и пожелал со всей доступной ему силой, дабы возникла возможность собрать армию и разбить Эдварда.
Как у Елизаветы хватило наглости прислать женщину для прислуживания Изабель! Зачем она это сделала? Почему?
В мозгу лихорадочно пролетали образы. Та женщина...была прислана Елизаветой! С какой целью? Зачем королеве отправлять к Изабель даму служить ей?
За этим что-то скрывается. И чем больше Джордж размышлял о проблеме, тем взволнованнее становился. Бушующее в душе воронкой волнение отвлекло его от раздражения, вызванного потерей Марии Бургундской.
Пришла эта дама...присланная королевой...и Изабель умерла. Кларенс не доверял Елизавете, поэтому не доверял и никому из ее штата.
Джордж вызвал одного из своих слуг. Он велел ему: 'Пришлите ко мне госпожу Анкаретт. Мне нужно с ней поговорить'.
'Мой господин', последовал ответ, - 'она покинула нас. Уехала сразу после смерти Ее Милости герцогини. Сказала, что прибыла служить Ее Милости, а сейчас, когда и герцогиня, и ребенок мертвы, причин, по которым стоило бы задержаться нет'.
'Так и объяснила? Понятно. Да, думаю, я понял ее очень хорошо. Куда отправилась эта дама? Вернулась к своей госпоже королеве?'
'Полагаю, что нет, мой господин. У нее дом в Кейфорде'.
'Где находится Кейфорд?'
'Мне представляется, что в Сомерсете, мой господин'.
'Замечательно. Я найду ее'.
Слуга выглядел удивленным, но Джордж уже махнул ему рукой. План в его мозгу давно оформился, а на рассмотрении деталей герцог никогда не останавливался. Он собрал восемьдесят личных гвардейцев и приказал, дабы они со всей поспешностью направились в местечко под названием Кейфорд, что в Сомерсете. Там солдаты обнаружат дом Анкаретт Твинихо, задержат ее и незамедлительно доставят в замок Уорвик, где их будет ждать Кларенс.