— Я вспомнила, что у меня есть дела, — сказала девушка, подмигнув кому-то из них. Правда, Женя так и не понял, кому именно.
— Хорошо. Пока, — сказала Майя, решив не допытывать Эльвиру, которая не очень-то хотела объяснять свои действия.
— Пока, — поддержал Женя.
— Ага, — ответила Эльвира и, махнув им рукой, побежала на автобусную остановку.
Женя и Майя молча смотрели вслед удаляющейся Эльвире. Они наконец-то остались наедине, но будто были растеряны сейчас. До этого часа Женя четко осознавал, что ему нужно от девушки с цветными прядями, но как только она оказалась рядом, он напрочь забыл, что хотел сказать ей. Он даже не смотрел на Майю, боясь, что она в любой момент может исчезнуть.
— Ты вообще понял, что сейчас было? — спросила девушка, продолжая смотреть вдаль.
— Нууу, — протянул Женя, устремив взор на Майю. — Это ведь твоя подруга. Ты должна знать.
Девушка перевела взгляд на Женю и улыбнулась, заметив, что он смотрит на нее. Она, ни капли не смущаясь, положила свою ладонь на щеку Жени, словно так и надо, а он, изо всех сил пытаясь не отвести взгляда, вглядывался в ее лицо. Майя поджала губы, но широко распахнула глаза, после чего произнесла:
— Быть может, это самое странное, что когда-либо случалось со мной.
Она отдернула руку и двинулась в сторону центрального парка, располагающегося за углом. Женя едва поспел за ней, но страх потерять ее снова был сильнее, чем его растерянность.
— О чем ты говоришь? — спросил он, шагая по правую руку от девушки.
— Что?
— Ну, самое странное… — попытался объяснить Женя, боясь того, что услышал что-то не так. — Что странного случилось?
— Ох, ты об этом, — махнув рукой, проговорила девушка. — Наша встреча, Джо. Наша встреча — это странно…
— Но зачем ты убежала? — пока речь шла об их предыдущей встрече, Женя решил сразу уточнить все интересующие вопросы.
— Убежала?! — удивленно воскликнула Майя, вполоборота смотря на своего сегодняшнего спутника. — Разве такое было?
— В воскресенье, Майя, это было в воскресенье.
Девушка засмеялась, заходя в парк, и Женя недоверчиво на нее покосился. Рядом с ней ему казалось, что он говорит, что-то неправильное, смешное и абсолютно несуразное.
— Я никогда ни от кого не убегаю, лишь… ухожу. В воскресенье я ушла, — сказала Майя, и Женя тут же вспомнил, что это действительно было именно так. Он сам ее не догнал, только он был виноват в том, что потерял Майю.
— Что ты делала в торговом центре? — сам не понимая зачем, спросил Женя.
— Покупала корм попугаям, — прокашлявшись, ответила девушка.
— О! У тебя есть попугаи?!
— Ты странный, — сказала Майя и засмеялась, гордо вышагивая по дорожке в парке, как маленькая девочка, в поисках свободной скамейки.
— Почему?
— Потому что зачем бы я покупала корм попугаям, если бы у меня их не было? Ты ведь не думаешь, что я бы стала есть его сама?
Она захохотала от собственных слов и заняла скамеечку в теньке. Им очень повезло, потому что первые туристы сейчас, вероятно, на лежаках загорали на полгода вперед, а местные либо умирали от жары, продавая приезжим втридорога абсолютно ненужные вещи, либо сидели под кондиционерами и вентиляторами в офисах и домах. На часах не было и шести, а в такое время в парке можно было встретить только маленьких детей, бегающих друг за другом, и их мамочек, внимательно следящих за тем, чтобы их чадо не снимало головной убор. В крайнем случае на глаза попадалось два-три подростка или кто постарше.
— Я не такой идиот, как могло показаться, — сказал Женя, исподлобья смотря на Майю, а после полез в портфель, чтобы проверить, не забыл ли он книгу на Пушкинской.
— Ты не идиот, — медленно проговорила Майя, смотря на то, как ее новый знакомый судорожно роется в своем портфеле. — Ты… что-то потерял? — спросила она с интересом.
— Эм… нет, — ответил он и достал книгу Достоевского, которую вообще-то взял у сестры, поэтому никак не мог потерять. — Я ждал тебя так долго, что прочел две части, — с издевкой сказал Женя и убрал книгу на место, чтобы не оставить ее в парке, чтобы Марина его не убила.
Майя отвернулась от Жени и тихо засмеялась, улыбаясь во всю ширь.
— Признай, тебе это понравилось, — произнесла она, так и не сумев убрать улыбку с лица.