С такой мыслью он в очередной раз поворачивался на кровати в надежде уснуть. Однако вместо сна приходили другие мысли, прямо противоположные тем, от которых, он, казалось бы, только что отвернулся, приняв решение.
Какие же другие способы спасения Арины есть? Никаких. Все, о чем он размышлял прежде, не годилось. Он опять и опять перебирал возможные варианты, пробовал найти новые – все безрезультатно. Что же остается? Ни-че-го.
А если рискнуть? Если попробовать поехать в Питер, попробовать найти этого человека? У него единственный шанс. Кто узнает о его поступке? Никто. Нет, он не скажет никому. Никому, даже Арине. Завесит, как шторами, повод поездки какими-нибудь придуманными аргументами, и вперед. Да и вообще, зачем оправдывать поездку: он взрослый человек, может ехать куда захочет. Наскрести денег на поездку он сможет. Главное же – как пройти через встречу? Как? «Смиренно», – ответил он сам себе: смириться с неизбежностью. Условно говоря, закрыть глаза, уши, одурманиться вином, отделиться от реальности, воспринять все происходящее, как сон, который потом забудется. Все забывается, и это забудется. Новые впечатления, счастье, обретенное после падения, излечат его и ее. Неужели же все-таки придется проглотить эту пилюлю, чтобы излечить Арину от той напасти, спасти от дальнейшего, уже окончательного падения?
Так и сделаю, решил он и снова повернулся на другой бок. «Но это же грех», – тут же сказал мозг. А он не так воспитан. Как ему потом искупать этот грех? А что, если своим грехом он искупит ее грех, освободит ее от пут изверга? Тогда что же получается, это не грех, а падение во имя другого? Получается, что он на самом деле принесет себя, свои честь, мораль, устои во имя ее – своей любимой. Не об этом ли читал он так много в юности? Так он в действительности, а не в фантазии, спалит в огне греха самого себя, чтобы возродиться как птица феникс, чтобы жить дальше, счастливо и прекрасно, тогда эта «встреча» станет пропуском в новую жизнь.
Вопросы, вопросы, вопросы… Где же ответ? И на этот вопрос нет ответа. Если бы был кто-нибудь, кто мог хоть чуток посоветовать ему, дать хоть бы маленький намек. Родион был уверен, что не только среди его близких и знакомых не найдет такого человека, но и на всем белом свете не сыщет. Он борется с проблемой один. Один на один. А совет, а точнее, знак, ему может дать только Небо, которое, Родион знает это, слышит все мольбы и вопросы. Тогда уже под утро он решил так, что будет ждать знака, который поможет ему сделать выбор. Как оценит этот знак, уж он позаботится сам – не думать головой, а почувствовать, уловить интуицией. Только так. Решено: искать знак.
Он успокоился и заснул.
После всего часа-полутора сна Родион проснулся и принялся заниматься домашними делами с закрывающимися от сонного состояния глазами. В десять его ждала Арина.
Придя к ней в полусонном виде, он застал ее в слезах и в тревоге.
– Что случилось? – спросил Родион.
– Приходил администратор, – отвечала Арина. – Я не впускала его, он стал стучать руками, а потом и ногами в дверь, поднял шум. Я не открывала, а сказала ему через дверь, что заболела, что у меня заразная сыпь на коже. Кажется, он не поверил. Он кричал: «Не ври! Открывай!» Но я держалась. Сказала ему, что врачи говорили, что пройдет через две недели. Он жуткий, я боюсь его. Он страшнее того Аркадия Николаевича. Мне кажется, даже когда я стану свободная от денежных обязательств, он станет преследовать меня, он ведет себя как маньяк, – при этих словах Арина вздохнула. – Я правильно сделала, Род? Я отменила репетиторские занятия на две недели, буду сидеть тут, за дверью, все время, пока ты не вернешься.
– Ты правильно поступила. А откуда я должен вернуться, что ты имеешь в виду? – спросил Родион, заметив в ее вопросе какой-то неочевидный смысл.
– Пока не вернешься ко мне, чтобы избавить от всего этого.
«Вернешься!» – подумал Родион. Вот оно. Вот этот знак! Если она говорит, что я должен вернуться, значит, я должен поехать. Вот и ответ на мои вопросы.
– Да, Арина, мне нужно ехать. Как ты угадала? Я говорил с одним приятелем, – Родион предпочел не раскрывать деталей, – он сказал мне, что я должен повидаться с одним человеком в Санкт-Петербурге, а тот мне поможет. Это единственный вариант.
– Ой, я что-то боюсь за тебя! А… а это честно? За это тебя не засадят в тюрьму?
– Вот в том-то все и дело, приятель говорит, честно, за это не сажают, – ответил Родион, а про себя подумал: «Только, скорее всего, неприятно».
Вернувшись домой совершенно уставший, он, не сказав ни слова ни брату, ни сестре, не раздеваясь, лег и сразу же заснул. Ему приснился сон, похожий на тот, какой он видел когда-то: возле красной кирпичной стены на его пути появился черный человекообразный, с расплывчатыми контурами, монстр в три человеческих роста. Родион бросился на монстра, прыгнул на него, но неожиданно стал падать. Во время этого падения он проснулся. Оказалось, что спал он около двух часов.