— Ты… можешь мне помочь? Да чем ты мне поможешь?! — Он презрительно рассмеялся. Но почему-то его смех показался не самым искренним.
— Я знаю, чего ты на самом деле хочешь. И исполню любое твое желание, если ты меня не выдашь. Поверь, это в моих силах. Я сделаю все возможное.
Мой голос понизился до хриплых ноток. Видят боги, я не желала, чтобы так получилось. Но мне слишком хотелось жить.
— Сделку… Хм… На крови?
— На крови, если скажешь, — невольно согласилась я.
— Ты ведь знаешь, что потом не сможешь нарушить клятву!
— Знаю… Мой князь… — склонила я голову.
— Ты и правда знаешь… — Он смотрел на меня несколько ошарашено. Словно я только что озвучила его самое сокровенное желание. Прочла его мысли.
— Ты должен был стать нашим князем по праву крови, а вовсе не Радмир. И ты им станешь. Клянусь! Я буду верно служить тебе и помогу прийти к власти.
— Что ж, в таком случае… — Он смерил меня надменным взглядом, но глаза его тут же потеплели. — Давай и впрямь заключим с тобой уговор, Альвен. И тогда я никому ничего о тебе не скажу…
Смотрю в огненно-карие глаза и понимаю — влипла, не смогу ему отказать.
И даже не из-за неминуемой казни, которая состоится, если Радмир узнает обо мне правду. Я и так сделаю все, чтобы остаться с Ярославом, чтобы быть ему нужной, полезной…
Сделаю все, чтобы как можно дольше находиться рядом с ним…
11
Неизвестное время и место…
Темная ночь разрывает в клочья оковы моего сознания, словно тонкую полупрозрачную вуаль. Обнажает то, что обычно спрятано под покровом обыденности. Скрыто завесою тайны. Суровой и мрачной.
Тайны, которую я попросту не хочу вспоминать. Не желаю о ней думать ни под каким предлогом.
Тайны моей боли, моей страсти, моего поражения…
Квартира медленно меняет очертания, оживает. Стены теряют четкость, становятся зыбкими, дрожащими. Сюрреалистичными. Они открывают проход в совершенно другое измерение, куда по собственной воле попасть не выходит.
Передо мной появляется невидимая дверь, ведущая в небытие.
Я не знаю, куда она ведет — и знаю одновременно. Она всегда ждет меня, всегда открывается в такие моменты.
Теплая, манящая, сладкая, как медовая патока.
Она словно шепчет слова на неведомом языке, которые служат заклинанием. И я не могу ему противиться, не могу поступить иначе. Да и не хочется.
Меня влечет за грань, вне зависимости от предыдущих событий, мыслей или проблем. Тянет в лабиринт собственных желаний и страхов.
Еще пару шагов — и я оказываюсь в холодных темных коридорах замка, где каждый мой шаг откликается эхом, словно в дурмане.
Бреду потерянная, но смутно понимающая: это именно то, что мне и надо.
Это мой собственный кошмар, и мне никак из него не вырваться.
Но и остановиться сейчас я уже не могу.
Это выше моих сил. Мощнее меня.
Само мироздание создало для меня ловушку — вечный лабиринт из моих же эмоций, моих надежд и стремлений, моих несбыточных желаний.
Создало его мне в наказание.
За то, что я посмела покуситься на саму суть бытия.
Возжелала того, чего не следовало. Содрогнула твердь, не мною созданную. Смешала свет со тьмой. И тьма победила свет…
Место чужое и до боли знакомое.
Колдовской замок встречает мраком и тишиной. И пусть его магия меня не пугает, ее рваные отголоски все равно давят на грудь. Мешают дышать.
Воздух кажется густым. Будто сгустившийся туман.
Каждый шаг словно не мой. Ведомый высшими силами.
Меня окутывает ощущение, будто я играю роль в чьем-то странном спектакле.
Я оказываюсь в огромном зале с каменными сводами и прохожу вперед.
На массивном дубовом столе в кованой подставке находится хрустальный магический шар, пульсирующий едва уловимым свечением. Но одновременно внутри него роится сущая тьма, сотканная из моих же страхов.
Внезапно ее разрывают яркие лучи солнца, и в глубине шара проявляются глаза мужчины. Они тянут меня к себе, неумолимо и властно.
Карие, невероятно красивые, с завораживающим разрезом, они смотрят прямо на меня. И я смотрю в них. Мы не можем оторваться друг от друга, словно два разных полюса магнита. Я здесь, я он — где-то там…
Время останавливает свой ход, и мир вокруг перестает существовать.
— Привет, Альвен, — звучит мужской голос, проникающий в самую душу.
— Где ты? — вырывается у меня, прежде чем я успеваю подумать.
— Я далеко. — В голосе мужчины слышится легкая грусть. — Мы не можем встретиться, но я с тобой. Мы с тобой вместе…
— Я не могу без тебя, — опускаюсь рядом на колени, чувствуя, как мое сердце сжимается от боли. Не могу коснуться шара, как ни пытаюсь, руки останавливает неведомая сила. Да и что будет, если я его коснусь?