Он вечно ходил на какие-то кинопробы, но брали его только на третьесортные роли, играть качков, ведь таланта актерского и образования он не имел. А в последнее время, не испытывая нужды, Ник и вовсе перестал искать работу.
Но писать мне не мешал — и это меня вполне устраивало. Приносил кофе в постель, терпел мой напрочь сбитый график сна, готовил завтраки и ужины. Да и в делах интимных был неплох.
Я была слишком занята своими проблемами, чтобы раздумывать о нем, как о ком-то серьезном. Чувств особых, кроме симпатии, никогда не имелось — как и к другим мужчинам, — но напряжение снимать выходило сносно.
Любви мне хватало в романах — вот, где мой разум мог отыграться вволю.
Там я описывала все, что угодно…
Пора послать этого качка подальше, пока он не заподозрил о моей особенности. Дольше пары-тройки лет в моей жизни никто и не задерживался.
— Киса, ну ты чего разошлась? Я ведь хотел как лучше, — стушевался Никита, отступив назад.
— Не смей называть меня кисой! И вообще, собирай чемоданы — и проваливай к себе в Ростов, раз уж твой брат обратно квартиру занял вместе со своей женой. Между нами все кончено, больше я содержать тебя не намерена ни под каким предлогом, — заявила я на полном серьезе.
— У тебя сегодня просто плохое настроение. Явно не с той ноги встала.
— С той что надо ноги — с костяной!
Я промолчала о том, что с момента аварии на МКАДе настроение никогда не бывало хорошим. Я постоянно вспоминала Ярослава Сарматова, за что злилась на себя же, но и поделать с собой ничего не могла.
Никита шагнул было ко мне. Но тут из-за угла коридора черной тенью выпрыгнул Кузя и вцепился в ногу Ника одновременно всеми своими острыми когтями. А поскольку был Никитос в коротких шортах, то и ощущения испытал явно не самые приятные.
— Пше-е-ел во-о-н-у-мяу! — послышалось вдруг в кошачьем вопле.
Насчет мамы в тот раз я, конечно, пошутила, а вот насчет кота — ни капли.
Как выяснилось вскоре после нашего знакомства, он и впрямь не любил гостей мужского пола. А Никиту так и вовсе постоянно кусал и царапал, без всякого повода. Не нравился он ему с самого первого дня, как кот его увидел.
— Прочь, гад! Отвали! — запрыгал на одной ноге Никита, пытаясь сбросить Кузю, который никак не желал отставать, оставляя на коже царапины.
Я мысленно поблагодарила кота за “поддержку”.
Хоть он и не был существом магическим, но частенько считывал мой настрой.
Впрочем, в первом факте я не была так уж сильно уверена.
Уж слишком странно Кузьма порой себя вел.
Наконец, Нику удалось остановить атаку, и Кузя с чинным видом удалился на кухню — отведать паштет, который я перед выходом заботливо ему выдала.
— Придурошный кошак, только посмотри, что он наделал, — проворчал Никита, указывая на ногу, где теперь красовались ярко-алые полосы. Хотя, по-моему, ему очень шло — добавляло определенную изюминку в идеальный облик.
— Сам ты придурок. Даже и не знаю, что в тебе нашла.
— Ср-р-раз-у на-адо бы-ло у-мяу умяу его выпер-р-реть, — раздалось удовлетворенное урчание из кухни, будто кот вторил моим мыслям.
Я даже глаза протерла от удивления.
Но, видимо, мой любовник ничего такого не услышал.
— Ну ты и сука, Алька, — процедил Никита, мгновенно забыв о том, что еще недавно клялся мне в любви до гроба (что, при моем потенциальном желании, могло стать правдой, но, конечно, не стало бы).
— О да, я такая, — довольно осклабилась я. — Сука сказочная. Ты просто плохо меня знаешь.
— И что — на этом между нами все кончено?
— Догадливый. Чтобы к моему возвращению духа твоего здесь не было. Ключи оставишь консьержке. Иначе ментов вызову — и тебя выставят отсюда силой, — для пущей надежности, чтоб точно ушел, пригрозила я, прекрасно зная о том, что связываться с полицией он не станет. Уж слишком белобрысый “Казанова” берег смазливую физиономию и кристально чистую репутацию.
— Ты же любого до дурки доведешь — с твоим-то мерзким, стервозным характером. Ни с кем счастлива не будешь. Попомнишь мои слова.
— Спасибо за предсказание, — с сахарной улыбкой заявила я, после чего покинула квартиру без особого сожаления о прерванных отношениях.
***
— Вы понимаете, сколько денег я потеряла?! — выходила я из себя.
Конечно, ведьма я деликатная, вежливая, но тут довели до белого каления.
— Сумма приличная, но…