Хотя и не сказать, что красавцем он был писаным. Самый обычный парень немногим старше меня, может, года на три или четыре. Я пока сама не понимала, что чувствую, но что-то определенно нравилось мне в этом молодом барине. То ли низкий с приятной хрипотцой голос, то ли глаза, взгляд которых будоражил и манил в медовый плен.
Мы почти не разговаривали. Ярослав лишь перекидывался короткими фразами со своими витязями. А я размышляла о том, что они по ошибке убили трех инквизиторов, и волновалась, не всплывет ли правда наружу.
Однако постепенно меня стало клонить в сон, и я прикрыла глаза. Обычно во время езды на лошади я так не делала. А сейчас словно понимала, что, находясь в кольце этих сильных рук, точно не выпаду из седла.
Довольно скоро мы добрались до деревушки, на окраине которой виднелся небольшой, совсем старый постоялый двор. И удивилась, когда мы свернули именно туда.
Оказалось, Ярослав разрешил воинам набрать свежей прохладной воды. В этот момент я поняла, насколько сильно хочу пить, и попросила спустить меня на землю. Моя вода давным-давно закончилась.
— Далеко не отходи, скоро выезжаем, — напомнил он, пока я искала в вещах свою флягу, подойдя к привязанной к столбу лошади другого всадника.
— Да куда ж я денусь? — откликнулась я, думая о том, что буду делать по приезде в столицу.
Плохо, что явлюсь на ночь глядя. Но главное — устроиться, а уж утром начну разведку в княжеских владениях.
Чем быстрее выполню поручение, тем меньше шансов спалиться ненароком. Сегодняшний случай — тому доказательство. Знак свыше, что за свои деяния я в любой момент могу лишиться жизни.
Если бы не этот славный витязь, меня бы уже пытали инквизиторы, которые во что бы то ни стало вознамерились выяснить правду о нашем ковене… и не только.
Знала я и впрямь много — о лесных жителях, о нечисти разной, о существах, которым теперь жизни в княжестве не давали. Где обитают, под кого маскируются, как прячутся от приспешников Ордена и что замышляют…
Эти сведения никак не должны были попасть в чужие руки.
Являя собой саму скромность, я стояла, переминаясь с ноги на ногу, и ждала, пока мужчины напьются и нальют воду в свои баклажки из большого колодца у дороги. Один из них-таки вспомнил обо мне и подозвал ближе. Высоченный, широкоплечий, с темными волосами, заплетенными в две косы, и короткой бородой, он мне сразу чем-то понравился. Ну чисто так, по-людски.
— В ведре еще осталось много, пей, девица-краса, чтоб самой тяжесть со дна не тащить, — предложил он мне, подвинувшись в сторону.
И я, конечно, мешкать не стала — зачерпнула воды двумя пригоршнями и принялась пить, набрала флягу, затем и лицо от дорожной пыли помыла. Все ж весь день в пути провела и уже чувствовала на себе прилипшую едкую грязь. А хотелось бы выглядеть перед спасителем помилее…
Вот и о чем я только думаю! Мне бы со своими проблемами разобраться.
Просто в наши далекие края такие вот молодцы никогда не заезжали…
Погост с колодцем находился на самом краю деревни. Высокий забор. Ворота. Дальше — пару бревенчатых домов для уставших с дороги путников, желающих получить ночлег, да еще харчевня с флюгером-петухом на крыше…
Ничего особенного.
Отряд стоял чуть поодаль, не привлекая к себе внимание. Солнце уже клонилось к закату, и землю постепенно охватывали красноватые сумерки.
Но местные детишки все равно заметили княжеских ратников.
Сперва из-за кустов смороды вдруг показались две любопытные лохматые головы с выгоревшими на солнце добела волосами. Потом пацаны в длинных рубахах, подпоясанных пеньковыми веревками, да лаптях и вовсе осмелели — шаг за шагом подошли поближе сами. Очень уж им, видно, хотелось поглазеть на воинов в блестящих кольчугах с длинными мечами, которые прибыли на боевых конях, покрытых красивыми латами. За ними бежала рыжая собачонка — еще щенок пару месяцев от роду.
Этим оборванцам явно не светило попасть в элитную армию князя, но они наверняка втайне мечтали о такой жизни, а не махать вилами…
— Эй, лодырь, я ж тебе велел прибраться во дворе до ночи, а ты опять на улице без дела ошиваешься! — выскочил из ворот мужчина с бородой. И накинулся на старшего из мальчишек с кнутом, даже не глядя по сторонам.
Удар. Еще один…
Второй пацаненок отбежал за кусты и спрятался, но защищать не лез.
Мальчуган упал на землю, крича от боли и закрывая лицо руками. Но щенка от побоев все равно прикрывал своим телом, пока мужлан со свистом размахивал кожаным хлыстом, одновременно ругаясь и пуская изо рта слюну, которая разлеталась во все стороны.