И я невольно вздрогнула.
Никогда не считала себя добродетельной — с моей-то ведьминской жизнью. Но тут всколыхнулось во мне какое-то чувство сострадания и справедливости. Все-таки противостоять огромному взрослому бугаю тощий мальчуган никак не мог.
И я, приподняв поневу, рванула было на помощь, чтобы остановить бессмысленные побои. Уж не знаю, что сделала бы — вряд ли на идиота подействовали бы обычные слова. Возможно, на свой страх и риск применила бы магию, даже зная о последствиях… Вдруг бы никто и не заметил…
Но мне не пришлось этого делать. Потому как вперед меня выскочил Ярослав. Ловко извернувшись, чтобы не попасть под удар самому, он схватил мужика за широкие плечи и отбросил в сторону, выбив при этом из его рук кнут клинком.
— Остановись! И не смей попусту избивать дитя! — крикнул он грозно.
Очухавшись, мужик поднял голову и обомлел — понял, с кем связался, даже если имени и не знал. По доспехам и так было видно, что перед ним знатный боярин из войска правителя.
— Простите, Прави ради! Это Мокша, сынок мой старший… Тот еще лентяй… Я его просил работу закончить, гости завтра приезжают важные…
— Уйди прочь! — недовольно сверкнув глазами, произнес Ярослав. Он жестом велел воинам отвести подальше мужика, который, как выяснилось, и был хозяином погоста.
Опустившись на колени около стонущего пацана, он рванул пополам рубашку, под которой обнаружились длинные красные полосы, оставшиеся от ударов кнута.
Такие точно будут заживать много дней, а мальчишку с ними еще работать заставят, как только “оклемается”. И хорошо, если не загноятся…
Сама я знала средство, чтобы вылечить раны — тут и отвар из травок сварганить можно, и темной ворожбой заживить, — но стояла молча и ждала. Вместо этого подобрала щенка и гладила, не пуская к мальчишке.
Тем временем Ярослав снял свои перчатки и опустил руки на спину пацана.
На внутренней стороне ладоней на мгновение вспыхнули знаки солнца, которые в сумерках показались довольно яркими.
Хм… Да он не так уж прост, как мне казалось сразу.
Чародей… И, судя по божественным знакам на ладонях — ставленник бога Ярило, который и даровал ему светлую силу при посвящении…
Что опасно для меня, ведь он может почувствовать мой дар.
Одаренные часто друг друга ощущают, слышат отголоски магии.
С ним мне нужно быть осторожней.
Княжеский родич водил руками над ранами мальчишки, и они затягивались прямо на глазах. Даже я не смогла бы залечить эти полосы столь быстро. Причем воинов ничего не удивляло. Они и так отлично знали, какими волшебными способностями обладает их командир.
Когда мальчишка смог сесть, я тоже решила предложить свою помощь — достала из баула запасной плащ и подошла ближе. Но при этом теперь не забывала, кем является мой — а уже наш с пацаном — спаситель.
— Тебя Мокша зовут, я слышала? — Я набросила плащ на голые дрожащие плечи.
— Да, хотя мать назвала меня Могута. Это мой отчим после ее смерти решил дать мне другое имя — сказал, больше оно мне подходит.
— А там был твой брат? — кивнула я на кусты.
— Сводный. Мой отец был военным, он умер в бою, а Стум женился на моей матери — и появился Ждан. Потом и ее забрали духи Нави…
— А где воевал твой настоящий отец?
— Так за князя Всевлада сражался — когда тот жив был еще. В битве с огнедышащими драконами греков умер, как тетка Зося потом рассказывала.
Я и не заметила, что к нам снова подошел Ярослав.
— Твой отец служил в войске Всевлада? — с интересом спросил он.
Мальчишка испуганно кивнул.
— А ты хотел бы быть похожим на него?
— Хотел бы, наверное…
Ярослав переглянулся со своим помощником.
— Заберем его? Смелый он. Нам такой пригодится.
— Заберем, мой князь. Нам свои воины нужны, верные, — тихо ответил мужчина — тот самый, который перед этим дал мне напиться воды.
Я сделала вид, что ничего не слышала, но обращение почему-то запомнилось. Он назвал Ярослава “своим князем” — похоже, таковым его и считал. Значило ли это, что в высших кругах власти зрел какой-то тайный политический заговор? Или же вояка случайно так к командиру обратился?..
— Поедешь с нами в княжеский терем? Мы сейчас как раз будем набирать молодых солдат для обучения.
Глаза мальчишки засияли было от счастья, но он тут же понурился.
— Да кто ж меня отпустит.
— С этим делом уж как-нибудь разберемся. Дарен, сходи к тому мужику, Стуму, предложи за пацана денег, — обратился Ярослав к воину с косами.