Граф Майори прислонился к стене, слушая разговор и тоже рассматривая девушку. Конечно, было интересно, куда делась Элизия, но, с другой стороны, он снова поймал себя на мысли, что не против такого стечения обстоятельств. Слуги Женевьеву полюбили, она действительно добра, учтива и внимательна. И не спорит с ним до потери пульса, если его доводы разумны.
— Если верить словам девушки, то она не захватывала тело вашей дочери, как она в него попала, и куда делась леди Элизия, я пока понять не могу.
— Вы что просто ей верите на слово? — удивилась леди Милдварт.
— Конечно нет, я проверю ее воспоминания. Пожалуйста, не волнуйтесь, я возьму это дело под личный контроль.
— Хорошо, но я думаю, что стоит сообщить об этом инциденте королю, — она наморщила лоб.
— Я ему сообщу. Но Вас я настоятельно прошу никому не говорить о том, что вы сейчас узнали. Это же для безопасности вашей дочери. Кто-то уже прознал, что в теле Элизии другая. И была записка с угрозой.
— И как давно она здесь? — устало выдохнула женщина.
— Около месяца, чуть больше, — спокойно сообщил маг.
— Но, тогда же была свадьба, — в голосе леди Милдварт послышалось удивление.
Лайт Бладброу пожал плечами.
— И ты за это время не заметил?
— На самой свадебной церемонии я ничего не заметил, а потом мне некогда было навестить чету Майори, было слишком много работы.
— Значит, поэтому я не получала писем от дочери. А эта мерзавка все это время молчала, — возмутилась леди.
— Поймите ее, она просто испугалась. И заболела она потому, что у нее случилось нервное истощение, — попытался привести убедительные доводы Лайт, поняв, что его друга она сейчас точно слушать не будет, — Представите сами, если бы вдруг оказались в незнакомом месте и чужом теле, — он покачал головой.
— Господин Лайт Бладброу, — с нажимом произнесла леди Белатэс Милдварт имя верховного мага, — я хочу знать, что случилось с моей дочерью.
— Я Вас понял, миледи, — он кивнул, — если что-то узнаю, обязательно сообщу Вам лично.
— Я на Вас надеюсь, — она кивнула магу и повернулась в сторону зятя, — Ты отвечаешь за ее здоровье. Понял?
— Конечно, я обязательно прослежу, чтобы она хорошо питалась и больше не доводила организм до такого стояния, — он склонил голову, прикрывая глаза.
— Я запомнила. Провожать меня не надо. До встречи. Я еще нанесу визит, и надеюсь, что в следующий раз девушка спать не будет. Я хочу с ней познакомиться.
Она кивнула присутствующим в покоях мужчинам и покинула помещение.
Теон посмотрел на друга и тяжело выдохнул. На что Лайт лишь развел руками, мол «ты попал, друг мой».
Глава 9
Женевьева открыла глаза и нахмурилась. У нее в памяти все еще звенело брошенное графом «Усыпляй». Она что, кукла какая-то? Надо разбудили, надо усыпили. Она села в постели и сердито осмотрела комнату. Мужчины стояли поодаль от кровати и о чем-то тихо перешептывались. Слов разобрать девушка не смогла, да и желанием не горела. Она была зла. Причем на обоих. Маг повернул в ее сторону голову и произнес:
— О, проснулась?
Разговаривать девушке не хотелось, поэтому, она только сердито кивнула, явно ожидая объяснений, и ловя озадаченный взгляд Теона. Лайт Бладброу подождал более внятного ответа, но поскольку девушка продолжала молчать, продолжил:
— Итак, давай вернемся к нашему разговору.
— Вы ничего не хотите мне объяснить? — раздраженно спросила девушка.
— О, — удивился маг и посмотрел на друга, — а она у тебя тоже с характером.
— Я здесь, — тихо прошипела Женевьева.
Граф Майори тяжело выдохнул и покачал головой, игнорируя слова друга:
— Извини. Но так было лучше для твоего душевного равновесия.
Девушка прищурилась:
— Исключительно для моего душевного равновесия?
Теон кивнул и пожал плечами:
— Или ты хотела побеседовать с матушкой девушки, в чьем теле ты сейчас находишься?
Женевьева вздрогнула от этой мысли и покачала головой, примирительно выдыхая:
— Ладно, но больше так не делайте, пожалуйста.
— Истерика отменяется? — посмеялся Лайт.
Графиня тихо рыкнула и схватила одну из подушек, запуская в мага. Он рассмеялся, уворачиваясь от мягкого снаряда. Подушка осталась сиротливо лежать на полу.
— Да граф, а жена-то у вас без манер, — продолжал смеяться Лайт.
Смех ему шел, он делал Бладброу мягче. И более привлекательным, но девушка решила этого не замечать.
— Уж простите, в моем мире благородные особы почти вымерли. Так что я не из их числа, — тихо фыркнула она и откинула одеяло.