— Ну, ничего страшного, я рад, что ты смогла через это пробиться, — он улыбнулся.
— Я все равно чувствовала твою силу и защиту, — тихо прошептала она.
— Я знал, что ты справишься, — гордо проговорил он, — как тебе Теон? Нравится?
Женевьева стушевалась и покраснела, вспомнив неожиданный поцелуй по дороге сюда. Сайрот по-доброму рассмеялся, видя реакцию девушки.
— Вот и хорошо, вот и замечательно, — проговорил довольно он.
— А как же Элизия? — тихо спросила она.
— Переживаешь за нее? — голос правителя стал серьезным.
— Немного, — покивала она.
— Скоро ты многое узнаешь, не переживай. И что с Элизией тоже разберемся.
— Хорошо, — она тепло улыбнулась, чувствую доверие и безграничную любовь к этому мужчине.
— Ну, — он пожал руку девушки и наконец отпустил, — раз мы все выяснили, теперь можно дать тебе небольшое поручение, — он улыбнулся, — только подожди дорогая, я письмо напишу.
— Конечно, — улыбнулась она и подняла руки к амулету, заключая тот в свои ладони и аккуратно сжимая, чувствуя, как он дает силу и уверенность.
Сайрот внимательно посмотрел на девушку, отходя к камину и беря бумагу, перо и чернила. А потом сел на место и довольно проговорил:
— А ты быстро его к себе расположила.
— Кого? Теона? — не поняла она.
Правитель весело рассмеялся, заставляя девушку покраснеть:
— И его тоже, но вообще я про оберег. Ты достойная наследница.
— Я просто давно его хотела, — смущенно произнесла она, — наверное, он это чувствует.
Он утвердительно покивал и принялся писать письмо, проговорив:
— Чувствует. Попей пока чай.
Через пол часа Женевьева и король Тисея вышли в сад, где стояли задумчивые Теон и Лайт в тени древнего Гинко. Сайрот Грейт проводил гостю до молодых людей.
— Ну что, соколики, порадовали вы старика сегодня, — он улыбнулся, — а теперь съездите-ка в гости. Женевьева вам расскажет куда, — он обнял девушку за плечи прижал к себе, целуя висок, — рад был тебя видеть, внученька, надеюсь, скоро снова увидимся.
— Я тоже очень рада, — она тепло улыбнулась королю.
Правитель пригрозил пальцем мужчинам:
— Смотрите мне. Я с вас спрошу, — посмеялся он.
Глава 17
Лайт впервые пожалел, что в этот раз решил отправиться в поездку верхом на своем коне. Ему очень хотелось сейчас сидеть в карете и просто устроить девчонке допрос с пристрастием. Аж зубы зудели. Вот так сюрприз. Король назвал ее своей внучкой. Бладброу понимал, что ничего не понимает. Абсолютно. Как и Теон. Но у него хоть есть возможность спросить все у девушки по дороге. Он то и дело бросал взгляд на карету, ведь дорога-то ему была до боли знакома. Он уже вчера посещал леди Белатэс Милдварт. Зачастил. Но раз король написал ей новое письмо и попросил передать его лично Женевьеву, выбора у них особо не было. Жил себе спокойно, гонял старых магов, а тут в охранники какой-то девчонки затесался. Верховный маг тяжело вздохнул. Вместо того, чтобы проверять магическую защиту, он ходит к теще друга как на работу.
В конце концов он все же попытался переключиться мыслями на дела, размышляя над тем, как можно улучшить защиту. На этот раз молодые люди не останавливались по дороге, к сожалению самого мага.
Экипаж остановился у поместья четы Милдварт уже после полудня. На горизонте начало темнеть небо, означая, что через пару часов на округу опустится ночь. Лайт быстро спешился и подошел к карете. Теон по обыкновению вышел первый и подал девушке руку, предусмотрительно действуя сейчас более галантно. Маг бросил вопросительный взгляд на друга, но тот лишь отрицательно покачал головой, молча отвечая, что не добился от девушки ни слова. Женевьева тихо поблагодарила за помощь и тяжело вздохнула, оказавшись на земле и бросив взгляд на красивый дом. Дом, не смотря на свой великолепный вид и благоухающий вокруг сад не казался ей приятным. Она прикрыла глаза и тяжело выдохнула, пытаясь разобраться в своих чувствах, долгая дорога ей в этом не особо помогла, и пусть она прекрасно понимала, что это её собственная призма неприятия: люди переживают и ждут дочку, а тут снова она.
— Ваша Светлость, — обратился Лайт наконец к Женевьеве, — леди Белатэс Милдварт при людях будет делать вид, что Вы ее настоящая дочь.
Если бы не конец фразы, она бы никогда и не подумала, что маг решил обратиться к ней подобным образом. Она округляла глаза и удивленно посмотрела на Бладброу, повернув голову в его сторону. Хотелось сказать что-то едкое, но она никак не стала это комментировать, только осуждающе покачала головой, решив, что с этими обращениями разберется позже.