— О, миледи! Проснулись, — весело залепетала Лайза где-то рядом, — доброе утро.
Женевьева улыбнулась, окончательно открывая глаза и ища девушку взглядом, сразу приветливо улыбаясь:
— Доброе утро, дорогая.
— Как самочувствие? Что сегодня наденете? Какую сделать прическу?
Графиня посмеялась:
— Лайза, милая, дай проснуться.
— О, там уже господин верховный маг жаждет на вас отыграться, — девушка подошла ближе и сделала большие глаза.
— На мне? — удивилась Женевьева, — Это за что? О, — она наконец-то заметила красивый букет из поздних гроздей гортензий на своей прикроватной тумбе, а рядом стояла чашка с чаем.
— Красивые, да, — служанка поймала взгляд госпожи, — это граф принес, сказал Вас не будить. Я их в вазу поставила.
— Спасибо, — Женевьева улыбнулась и села в постели.
Графиня Майори опустила ноги на пол и потянулась носом к букету. Аромат был нежный, придавая утреннему воздуху особый шарм. Через пару секунд в букете была замечена записка. Она аккуратно извлекла ее из плена пышных соцветий и развернула, кашлянув в кулак.
— Ой, миледи, заболела? — взволновано посмотрела на нее служанка.
— Нет, дорогая, просто горло пересохло, надо попить, — она покачала головой и положила записку на тумбу.
— Тогда чай, Дорара попробовала сегодня новые сочетания, — Лайза открыла шторы.
— Да, я уже поймала этот чудесный аромат, — графиня кивнула.
Пальцы подхватили аккуратную ручку чашки, чтобы поднести ту к губам и сделать пару глотков. Чай и правда получился чудесный. Нотки смородины. Поздние полевые цветы. Кажется, была сладость каких-то фруктов, но Женевьева так и не смогла понять, каких. Она подтянула ноги обратно на кровать, кутаясь в одеяло, будто нахохлившийся воробушек. Вторая рука уже цепляла с тумбочки записку.
Делая очередной небольшой глоток, графиня пробежалась по тексту взглядом:
«Дорогая Женевьева, хочу пожелать тебе доброго утра и замечательного дня. Не хотел тебя будить. Я сегодня на службу. Не давай Лайту тебя измотать, не оставайся одна, береги себя и не скучай. Буду вечером.
Теон.»
Сколько указаний на квадратный сантиметр записки. Женевьева покачала головой и поймала себя на том, что улыбается. Она любила цветы. И такой сюрприз был весьма приятен. Она отложила записку в сторону и сделала еще глоток чая. Лайза носилась по комнате небольшим ураганом, заглядывала в шкафы, раздумывая, что подать госпоже.
Графиня Майори решила облегчить служанке задачу:
— Милая, я бы хотела сегодня надеть простое платье без корсета, поможешь выбрать?
— Конечно, — обрадовалась Лайза.
Через минуту она уже показывала пару простых длинных платьев кремового и бирюзового цветов. Женевьева было потянулась к кремовому, но потом вспомнила, что сама Элизия темненькая со светлой кожей.
— Я надену бирюзовое, спасибо, — она благодарно улыбнулась служанке.
— Хорошо, — кивнула Лайза, унося кремовое платье в шкаф, — а что на счет прически?
— Давай сделаем высокий хвост или улитку, — она задумалась, — не могу еще решить.
Последний глоток чая. Надо бы попросить у Дорары еще одну чашку. Или просто позавтракать в ее царстве?
— Может улитку? Если вы будете заниматься с Верховным магом, эта прическа будет удобнее, — рассуждала вслух молодая служанка.
— Да, ты права, — графиня кивнула.
Через пол часа девушки уже сидели у Дорары на кухне и распивали ароматный чай. Кухарка подала на завтрак блинчики с различными начинками: мясными и фруктовыми на десерт. И теперь неторопливо намывала грязную посуду.
— Ну как вам чай? — спросила пожилая женщина.
— Очень вкусный, — ответила Женевьева, — и аромат просто чудесный. Я так и не поняла, что за фрукт ты добавила.
— О, это сиоки, — пояснила кухарка, он и в тех блинчиках есть.
Женевьеве от этого пояснения легче не стало, но она решила на всякий случай запомнить. По крайней мере постараться.
— Дорара, скажи, Лайт уже завтракал? — спросила графиня и промокнула рот салфеткой, когда расправилась с десертным блинчиком.
— Да, он уже давно на ногах, — кивнула женщина.
— Это хорошо, — кивнула Женевьева и сделала ещё один глоток.
— Да, он давно ждёт, просто Оскар и граф запретили тебя будить, — тихо посмеялась Лайза.
— Вот маленькая сплетница, — добродушно поворчала кухарка.
Служанка тихо фыркнула:
— Господину Лайту дай волю, он нашу графиню на опыты сдаст.