И нет, она не одна безкрылая, мы слышали, рогатые любили осквернять таким способом фей, но перед глазами дев мелькала лишь моя наставница, и каждый страшился повторить её участь. Прозрачные крылышки за спиной трепетали, я безумно нервничала, выслушивая последние наставления.
Марианна сейчас меньше всего походила на себя обычную. Обтянутые в прозрачную ткань ноги с прорезью в стратегически важных местах для соблазнения, открывали на обозрение короткую поросль волос на лобке, блестящая полоска ткани скрывала сочную грудь с крупными сосками. Кучерявые, тёмные волосы, сколотые на затылке в художественном беспорядке, отдельными прядями обрамляли лицо. Яркие от природы черты не нуждались в косметике, возможно поэтому у всех фей была аллергия на неё.
Но из всех правил существовали исключения, одно из них я. От природы светлые ресницы и брови придавали детское выражение, медового цвета волосы колечками закручивались вокруг лица и спускались на плечи. Как ни старалась отрастить длинну, ниже не получалось. Редкое явление- рождение солнечной феи.
Формами я так же выделялась, худоба с маленькой грудью и детской попкой, разве что извращенец позариться. Об этом старалась не думать, а в особенности о моём будущем хозяине.
- Ты где летаешь? - пощёлкала перед глазами пальцами, наставница больно дёрнула за прядь волос.
Поморщилась, но воспоминаний о первой встречи с Малькольном не выдала, так свежи картинки в мыслях. Год назад, не сообщив заранее, он приехал посмотреть на меня. Тень деревьев скрывала похотливый блеск глаз, темнота зловеще расползалась рядом с ним. Торн на моё удивление оказался непривлекательным. Он мне сразу не понравился.
Невысокий, плотного телосложения, с практически лысым черепом. Приплюснутый нос не раз ломали и влажные губы, которыми потянулся, стоило подойти ближе, слюнявили мой рот. Короткие пальцы ощупывали моё недвижимое в ужасе тело, особенно уделяя внимание соскам, затвердевшим от боли. Он словно старался оторвать кусочки кожи, оставляя красные пятна, при этом не скрывал восторга от причиняемых страданий.
Резкие ласки, если это можно было обозвать так, не возбуждали, по рассказам других между ног намокало и становилось приятно. Я не испытывала ничего из этого, одно отвращение от хозяйничеговшеся там демона. Один палец ввёл, проверяя на девственность, тут же присоединился второй, грубо расстягивая промежность.
Толкнул к дереву спиной, поднял одну ногу. Пока я напряжённо дышала, пытаясь справиться с приступом паники, свободной рукой расстегнул штаны. Потный от нетерпения вжался в моё истрадавшее тело.
- Сухая, тварь - мерзким голосом, под стать внешности, выплюнул ругательства - ничего, я научу тебя хотеть. Приручу такую аппетитную малышку - последнее слово он произнёс со стоном.
Я знала, что богиня Фэйра благословила меня и наделила особым даром. Пыльца с крыльев давала дополнительное наслаждение во время соития или самоудовлетворения, а голос во время пения погружал живые существа в мир заветных грёз. Демоны мечтали наконец воспользоваться по назначению и занимали очередь у хозяина.
Малькольн ворвался в узкую промежность одним махом, заставляя тело разрываться от неописуемой боли, из горла вырвался крик, оглушая всю округу. Я понимала, на помощь никто не придёт. Страх изгонял сочувствие, все молились, что такое происходит не с ними.
Место в котором меня растили вместе с другими феями являлось бывшим лесом. Сейчас здесь основали небольшой посёлок, где постоянно проживали наставницы со своими ученицами. Я попала к самой опытной.
Уроки Марианна чередовала, искусно вплетая настоящее и прошлое. Когда наставница родилась и была совсем малышкой, фейский лес напоминал сочетание редких деревьев в перемешку с гиганскими цветами в которых видели прекрасные сны крылатые создания. Каждый был занят своим делом: цветочные - цветами, погоды - дождями, ветрами, заморозками, феи искусства изобретали и вносили новые сочетания и цвета. Феи холода привносили снежные бураны и давали кратковременный отдых, лес менялся на белое царство.
И все жили в дружбе и согласии, не смотря на то, что разбрелись по всем уголкам мира. Звонкими ручейками, тоненькими колокольчиками звучал смех в лесах, рощах, полесьях. Мне этого не доставало, не в той реальности хотелось бы жить.