Тэхён знал, лихорадочно пытаясь найти выход из ситуации. Их загнали в угол, поймали в ловушку, как безмозглых мышей. Выше «шептуны», снизу «богомолки», а по горизонтали не обойти в таком составе, как у них.
— Мне нужно перебраться в тот шаттл, — отказываясь думать разумно, сообщил Тэхён.
— Самое время, чё, — раздраженно бросил Бобби.
Тэхён не мог управлять двумя шаттлами, он чувствовал, что его силы таяли с ужасающей скоростью, а тело превращалось в сгусток напряженных нервных клеток, которые готовы были вот-вот взорваться.
— На базе объявлена всеобщая мобилизация, несколько команд уже вылетели, расчетное время — две минуты. Остальные в срочном порядке готовят шаттлы для сражения с «шептунами», — сообщил Ханбин.
— Мы не продержимся столько, — замотал Тэхён головой. Перед глазами начинало темнеть, и он сильнее сжал штурвал в руках.
— Используй спутники, — внес предложение Юнги. — Это, конечно, настоящее безумие, но…
Тэхён пытался понять, что имел в виду Шуга. Спутники не управляются, они просто капсулы, заряженные особым веществом, способным сбивать цейлонов с намеченного пути, просто обманки, которые позволяли в бою выиграть время. Но в них есть воздух, и… если правильно рассчитать траекторию, воздушные массы могут вынести его к чужому шаттлу.
Тэхён понял, что это и есть решение.
— Он серьезно собирается использовать спутник как транспортировщик? — шокированно спросил Бобби. — Серьезно? Мы, блять, окружены цейлонами, а он собирается загрузиться в спутник и перебраться на нерабочий шаттл, где, возможно, уже все мертвы?
Тэхён ничего не ответил, он уже мысленно давал команды кораблю. Выйдя из кабины пилотов, направился к капитанскому мостику, выстраивая траектории и заставляя корабль двигаться в нужном направлении.
— Мне нужны данные бортового компьютера, мой не пашет, — взбираясь быстро по ступенькам, бросил он в микрофон.
Ханбин перекинул ему все необходимое, помогая разобраться в условиях потоков, ветра и возможных препятствий. Тэхён поблагодарил БиАя и вскрыл систему управления спутниками, варварски ногой снеся панель. Он был на взводе, в опасной близости от настоящего безумия, но держал два корабля.
Разгерметизировав капсулу спутника, Тэхён забрался внутрь, отключил все ненужные функции вручную и нервно выдохнул в попытке успокоиться. Если у него не получится, то спутник вынесет в открытый космос. Риск был колоссальным. Но в том шаттле Чонгук мог быть еще жив.
— Я выдвигаюсь, — сообщил он друзьям и, нажав на кнопку выдвижного люка в стене шаттла, закрыл капсулу.
Его вынесло в небо, как выстреливший шарик. Оказавшись за пределом энергетической системы корабля, Тэхён полностью потерял управление. Оба шаттла дрогнули в воздухе и стали падать, прямо в пасти «богомолок», но Тэхён предугадал скорость падения и создавшиеся искусственные вихревые потоки. Его бросило в сторону и швырнуло к шаттлу «Николь» порывом ветра. От сильной встряски закружилась голова, но от сработавшей системы липучек и резкого встряхивания Тэхён пришел в себя. Подобраться к люку входа с помощью перекатывания оказалось сложно, но Тэхён справился и вкатился внутрь полуразрушенного шаттла. Едва вывалившись из спутника, он взял корабль под ментальный контроль, чувствуя всем существом болезненный стон этого железного полудохлого существа.
Двигатели натужно закряхтели, останавливая падение, и Тэхён, пошатываясь, вбежал на лестницу мимо механического отсека, где из мертвого бортинженера вытекала кровь. Сдерживая тошноту, Тэхён на дрожащих ногах стал подниматься наверх, в кабину пилота, моля всех святых, чтобы Чонгук был жив.
До порога кабины пилотов он почти доползал из-за скачков давления, тряски и искрящейся разломанной проводки. Выдвинув дверь кабины, Тэхён застыл на пороге. Он чувствовал, как его затрясло при виде кровавой дорожки, тянувшейся от кресел. Профиль Чонгука он узнал сразу, но не мог в первые секунды сделать и шагу, ноги словно приросли к полу. Заставив себя силком двигаться, Тэхён на деревянных ногах подошел к креслу первого пилота и прижал дрожащие пальцы к сонной артерии парня. Из-за собственной паники и страха он никак не мог ничего прощупать. Выдохнув, он попробовал снова, прислушался и почувствовал пульс.
Слабый, едва ощутимый, но пульс.
От облегчения он чуть не разревелся, но, прикусив губу, собрался и заставил себя действовать. Он не мог сейчас сдаться.
Чонгук жив. Пока жив. И его срочно нужно вытаскивать отсюда. Но как?
Тэхён не знал, куда кидаться и за что браться.
— Шаттл «Николь», говорит капитан Ким Намджун, вы меня слышите? — раздался до боли знакомый голос из динамиков, перемешанный с шипением и кряхтением помех.
Вой «шептунов» за иллюминаторами усиливался, от него дрожали стены и, казалось, начинали лопаться сосуды в голове.
— Хён, — пытаясь настроить систему связи, беспомощно выдохнул Тэ в микрофон сломанных наушников. Он держал палец на шее Чонгука, опасаясь потерять его пульс, но от слабости и страха руки дрожали. — Хён… — повторил он в отчаянии, умоляя, чтобы его услышали. Хоть кто-нибудь.
Им нужна помощь. Чонгуку нужна помощь. Он…
— Тэхён, — пробился сквозь шипение облегченный вздох Намджуна. — Я недалеко от тебя. Кто живой есть рядом с тобой?
Послышались звуки взрыва ракет, они заставили встряхнуться.
— Ч-чонгук. Он… он без сознания, но дышит. Он… Хён, помоги, — умоляюще прошептал Тэхён, сжимая поломанный передатчик. — Пожалуйста…
— Успокойся. Все хорошо. Мы вас вытащим, но для этого ты должен помочь мне, — голос Намджуна звучал напряженно, но без паники, собранно, уверенно. И это вдохнуло надежду.
— Да, — Тэхён вытер слезы, которые не переставали литься из глаз. От близости «шептунов» его выворачивало наизнанку, но тут Чонгук, и сдаваться никак нельзя. — Я в порядке. Ч-что мне делать?
— Выбираться из шаттла. Используйте спутники.
— Но… я не рассчитаю траекторию. Не могу… я…
Тэхён не мог выдавить из себя очевидную истину — шаттл разваливается на куски, и управлять им ментально почти невозможно. Это и так чудо — то, что они все еще парят в воздухе.
Очередной взрыв где-то неподалеку, ракетная очередь. Тэхён не совсем понимал, что происходит там, но сейчас это было совсем неважно.
— Просто забирайся и выпрыгивай, мать твою! — рявкнул Намджун. — Тут еще два «шептуна» приближаются, — добавил он тише. — Не успеешь сейчас — не будет больше никаких шансов.
Тэхён прикусил губу, соображая, что делать. Путь до спутников — это пролет вниз. Уцелела ли хоть одна капсула? Хватит ли энергии для выпуска спутника? Как перенести парня без сознания? Не сломано ли у него что?
Тэхён стал вытаскивать Чонгука из кресла, с трудом справляясь. Ноги скользили от количества крови на полу. Тэхён крепче подхватил парня, запрещая себе думать о том, что Чонгук может не выдержать. Этот парень. Он же сильный, черт побери. Он еще дышит.
Тэхён полз к выходу, вытаскивая Чонгука в коридор, чувствуя безумие, пропитавшее шаттл. Сжимая в ладони передатчик, Тэхён тянул бессознательное тело к лестнице. Чонгук не подавал признаков жизни, казалось, он и вовсе мертв, окончательно и бесповоротно. Слезы обжигали. Смотреть на него было невыносимо. Повсюду кровь, искрящиеся провода, покореженные стены.
Тэхёну казалось, что он единственный выживший в мире человек. Что война уже давно проиграна, что человечество уничтожено. И он один в космосе. С мертвыми телами. Страх въедался под кожу, захватывая в плен сердце.
— Ты обещал мне свидание, сволочь! — проорал он, втаскивая тело на лестницу и таща его за куртку вверх. Ноги Чонгука волочились по лестнице, оставляя после себя дорожку крови. Силы покидали. Голова кружилась. — Не смей умирать, кролик. Не на моих руках, — стиснув зубы, процедил Тэхён.
Набрал полную грудь воздуха и продолжил тянуть парня из последних сил. Каждое движение давалось с трудом, он уже почти и сам терял сознание, но тащил, держась скрюченными пальцами за передатчик и чужую куртку.