Поразмыслив секунду, Агата всё же вспомнила, что обещала так себя не вести. Девочка сменила гнев на милость, и голос снова стал обычным — звонким и капризным.
— Прости, что доставляю тебе столько хлопот. Впредь постараюсь быть сдержаннее. Только это путешествие обязательно должно хорошо завершиться. Нам всё надо разузнать.
Принцесса улыбнулась почти робко: ей правда было совестно за грубость. Всё-таки Эрид многое для неё сделал, хотя принцесса продолжала искренне верить, что в этом и есть смысл его существования. Долгожданное путешествие выбило её из привычной колеи, и теперь настроение Агаты скакало от восторга к раздражению пуще прежнего.
— И что мне им сказать, этим людям? Просвети уж, твоё королевское высочество.
— Что хочешь. Спроси время, спроси, где ближайшая лавка торговца травами, ну или там чем-нибудь.
— Да ты хоть раз была в лавке торговца?
Ясное дело, принцесса таких мест не посещала. Она никогда не совершала простейших действий купли-продажи, и никогда не тратила монет с чеканным портретом своей матери. У неё их попросту не было. А теперь, когда она пересекла параллель, и в паре десятков метрах от неё играла музыка иного мира — которая плакала, кричала, ревела — медлительность казалась преступлением. Девочка снова начинала сердиться. Да, приказывали ей часто, но перечить осмеливались крайне редко.
— Не твоё дело, — огрызнулась она, — просто подойди и посмотрим, что будет. Если что — всыплешь им разрядом тока… А теперь представь, что я сказала это спокойно. Вообще-то, так и задумывалось. Но оно как-то само.
Мужчина покачал головой, но послушно отправился куда сказали. Скорее по привычке, чем по принуждению. Торитт не прикладывала никаких усилий, чтобы отдать приказ на ментальном уровне. Она просто капризничала и топала ногой — всё, как обещала. Но дело было не только в этом: сама незримая связь, благодаря которой дракон чувствовал настроение принцессы и тяготился всякий раз, когда шёл наперекор её воле — она ослабла. Эрид мог бросить девицу прямо сейчас и уйти восвояси, и ни одно древнее проклятие уже не помешало бы ему. Наверное, Агата и сама это поняла, но старалась не подавать виду. В этом мире она потеряла своё могущество, тем более, что здесь никто не знал, кто она и откуда. Здесь принцесса была попросту никем. Но пока что девчонку это не волновало, она хотела вдоволь наиграться. Эта поразительная беспечность останавливала Эрида. Он не мог бросить свою глупую торитт на произвол судьбы. Если оборотень откажется что-либо делать — девчонка сделает это сама, и с неё станется при этом наломать ещё больших дров. Дракон снова пошёл на поводу, несмотря на то, что в последнее время ожесточился по отношению к Агате, и перестал её жалеть. Теперь он просто злился, но не хотел, чтобы с ней что-то случилось. И может быть — совсем чуть-чуть — сочувствовал её мотивам. Этого было достаточно.
Глава 27
Эрид направился к весёлой компании. Агата наблюдала и чуть не пританцовывала от нетерпения.
Неладное он заподозрил, когда до дерева оставалось несколько шагов, а на него по-прежнему не обращали внимания. Неужели люди настолько увлечены беседой и жареным мясом? Может быть, тут так принято — не замечать незнакомцев, даже если те подходят вплотную, но это навряд ли. Он подошёл ближе. Смех и разговоры удвоили громкость, а музыка, вырывавшаяся из серой коробочки, стала оглушительной. Людей это не смущало. Кажется, им доставляло удовольствие перекрикивать её, вместо того, чтобы сделать потише. Дракон тоже попытался что-то сказать, но никто как будто не услышал. Тогда Эрид преградил путь лохматому человеку, тому самому, с которым они, по словам Агаты, немного похожи. Если судить по наряду — да, что-то есть: много кожи и чёрного цвета. Человек тащил какую-то ёмкость, вроде цилиндра; был высоким, кучерявым и совершенно неопределённого пола. Мешковатая одежда, причёска и очки скрывали эту незначительную деталь. На ходу отвинчивая крышку цилиндра, он прошёл сквозь Эрида, поморщился, как от сквозняка или несварения желудка. Кучерявый посмотрел по сторонам, хмыкнул, да и завалился на клетчатое одеяло, где принялся разливать по кружкам содержимое странной посудины. Со всех сторон потянулись руки. Грянули тосты.
Дракон не понял. Впервые в жизни он оказался настолько сбит с толку. Эрид застыл на месте и только ворочал головой, словно надеялся найти в шаговой доступности ответы на все вопросы. А вопросов становилось всё больше. Он посмотрел туда, где оставил Агату и тихо выругался: девчонке, конечно же, надоело торчать на одном месте — она спускалась к ним с явным намерением самой во всём разобраться. А ведь пять минут назад гордая принцесса не пожелала идти в разведку.