А ему всё казалось, что времени ещё полно.
Однако однажды утром Эрид обнаружил, что в голове у него ясно и свежо, несмотря на предыдущую — какой бы она ни была — ночь. Он открыл глаза и уставился в геометрические тканные узоры — сбоку, наверху и на полу. Дракон сел и оглядел юрту. Было достаточно тепло, но на разноцветном ковре он спал в одежде: поверх собственной чёрной рубашки накинут чей-то полосатый, шерстяной халат с пятном на рукаве. Кто-то тяжело дышал рядом, но Эрид, не оборачиваясь, встал и выбрался наружу.
Пред его глазами разверзся горизонт, прямой линией накрывая степь. Лошади щипали чахлую траву, а из тут и там устроившихся юрт валил дымок. Час был ранний и ни один человек не давал о себе знать. По некоторым признакам Эрид догадался, что люди ещё долго не встанут: несколько дней в степи проходили схватки двух одичалых кавалерий — с визгами, криками, руганью на непонятных языках. Это продолжалось бы и дольше, не заполучи одно из племён себе в союзники дракона. Что только он нашёл в этих людях с необычными, узкими глазами и татуировками на лбах? Они размахивали саблями и стреляли из лука. Чтобы одолеть врага им бы хватило парочки револьверов, но дракон захотел размять крылья.
Прошлой ночью у больших костров отмечали победу. Странные гортанные звуки растягивались в удивительные песни. Из кожаных мехов лилось крепкое пиво на меду и полыни.
Эрид стоял на свежем воздухе и ясно понимал, что ему здесь больше не место.
Никто ещё не звал его обратно, но в атмосфере присутствовало некое движение. Проклятие проснулось и настаивало на том, что дракону пора вернуться в королевство. Он снял халат и ненадолго снова нырнул в уютную, но заваленную непонятными для него трофеями юрту. Отделанные серебром рога, из которых пили вино, конская сбруя. Оружие: сабли, ножи и, как ни странно, настоящее ружьё. Выходя наружу, дракон предполагал, что оставил среди ковров какую-нибудь женщину, которая спит не только с оборотнями, но и с кинжалом под подушкой. Но чем дольше он оглядывал содержимое юрты, тем больше в этом сомневался. И в самом деле, стоило только обогнуть деревянный сундук, как Эрид увидел пожилого воина. Седая борода заплетена в две косы, а голову вместо волос украшала татуировка. Краска давно въелась в кожу и успела поблекнуть и немного расплыться. Но всё равно окровавленный топор — знак воинственного клана, к которому принадлежал этот человек, — до сих пор внушал трепет. Воин обнимал во сне полупустой бурдюк, как ребёнок игрушку. Дракон вспомнил его. Своей резкостью и философским взглядом на жизнь витязь походил Алонсо. И всё стало на свои места: сторона, которую принял Эрид в мелкой войне дикарей, юрта, в которой он пил вместе с ними.
Дракон положил халат на один из сундуков. Поглядел на спящего, вышел наружу, и в последний раз окинул взглядом дремавшую, утомлённую людскими перепалками степь. Меньше чем через минуту он уже летел по направлению к Йэру. Если тот старик действительно похож на его погибшего друга, то он не станет держать обиды на оборотня, который подарил его собратьям господство над степной рекой. Поймёт и будет иногда вспоминать.
Алонсо бы понял. Плюнул через плечо, да занялся домашними делами.
Глава 47 Снова в столице
Оборотень внял совету Нердала и не привлекал внимания. Это было сложно: люди то и дело шарахались от него как от чумного, едва заметив на пороге. Драконы вели себя немногим адекватнее простых смертных, и то обходили десятой дорогой, то лезли с идиотскими вопросами — прощупывая, впрочем, каждое своё слово. Эрид старался отвечать по возможности любезно, но часто срывался и начинал язвить, показывая те черты своего характера, которые когда-то успешно маскировал остроумием. Придворные красавицы заглядывались на него лишь через раз, опасаясь болтаться под ногами у неуравновешенного оборотня, а дворцовые интриганы больше не пытались утянуть в свои сети. Такой оказалась репутация монстра, отсидевшего срок в темнице. От широкой общественности этот факт постарались скрыть, но при дворе знали все, как знали и то, что юную принцессу не просто так выдворили на Чёрные острова раньше срока.
Необъяснимо, но факт: в то время как остальные отдалились от дракона, один человек сумел наладить с ним контакт. Им оказался лорд-адмирал, которому много лет назад Эрид прокусил плечо. Конечность спасли и пришили, хотя и не смогли вернуть былых возможностей. Адмирал долгое время, как и положено в таких ситуациях, ненавидел обидчика и утешался настойками. А тут вдруг перестал кидать яростные взгляды и даже провёл краткую лекцию относительно шаткого положения в королевстве. Конечно, приятелями они не стали, но старый вояка видел, что место вспыльчивости заняла угрюмость, и оборотень уже способен хоть иногда думать о стране, а не о том, как поизощрённее плюнуть в лицо аристократии. Сам адмирал не забыл, что когда-то стал для Эрида объектом демонстрации — дракон показал на нём своё отношение ко всем им. Но советник больше не хотел вражды. Он придерживался мнения, что ненависть будет отвлекать от насущных проблем, а неосведомлённость не позволительна для того, кто однажды ближе всех станет к подножию трона. И посему провёл ещё парочку лекций, не отрываясь от рюмки. Эрид терпеливо всё выслушал и даже что-то попросил разъяснить.