А с ним.
***
Одинокая девушка стояла у стены и разглядывала старинную фотографию. Мимо пробегали официанты, на фартуках и спинах мелькали огни софитов.
— Где Ада?
— Не знаю. В туалет, наверно, вышла, или подышать. А, ну да, подышать вроде как собиралась.
— А, ясно. Дай-ка мне допить её коктейль, пока не видит.
Никто не заметил, как она исчезла.
Глава 51 Дурная наследственность
Эрид спал долгие недели. Путешествие по слоям и параллелям Муна его доконало, а перемещение некоторых лиц из пункта "а" в пункт "б" было особенно изматывающим.
Всеведущие маги предупреждали и об этом: спячка — это защитная реакция. Благодаря ей, теперь он снова чувствует себя как нельзя лучше. Хоть и не может объяснить некоторых вещей, которые произошли за время его отключки.
Например, венок. Как он оказался у него на голове? Ответ, конечно, очевиден: всё это Тошины проделки, но раньше мальчик так не расходился, боясь чем-нибудь рассердить дракона и лишиться единственного собеседника. Значит, свою лепту внесло появление девушки, которая первым же делом чуть не сбила Эрида с ног. Надо заметить, ноги уже успели натерпеться: когда дракон начал пробуждаться от колдовского сна, но ещё находился в полудрёме, он услышал шум и гомон, окрики и смех, а потом — по сапогам промчалось стадо взбесившихся буйволов. Или слонов. В крайнем случае это был один взрослый человек и ребёнок.
Помянув мысленно всех тварей, именами которых выражали злость на его родине, мужчина открыл глаза. И сразу увидел, как кто-то носится вихрем вокруг груды камней, на которой он расположился. Затем дракон обнаружил глупый венок, брезгливо его сбросил, встал, потянулся… И чуть не полетел затылком на валун. Мальчишка завизжал и ловко сменил траекторию, а девица оказалась не такой проворной, взвыла и зажала нос рукой.
Цвет её глаз не оставлял сомнений, хотя, как мог приблизился к земным меркам. Вряд ли это спасало девушку от назойливого внимания: насколько мог судить о людях Эрид, малейшее отклонение от нормы вызывало в них уйму опасений и интереса, что в этом мире, что в параллельном.
Волосы оказались тёмными — почти такими же чёрными, как у него самого. И невозможно короткими. Даже у Сиены волосы доставали до плеч, а тут совершенно чудные волнистые локоны нещадно обрублены и с трудом прикрывают уши. Возможно, это писк моды её эпохи, кто их знает, этих землян. За те скачки во времени, что дракон успел здесь совершить, он навидался всякого.
— Расстроилась, что не смогла сломать мне ногу, и решила попытать счастья с другими конечностями?
Она молчала и со странным выражением смотрела на него. Лицо девушки по-юношески пухлое, с впечатляющими синяками под глазами, прямым носом и фигурными губами. Ничего общего с хищным и птичьим лицом Агаты, хотя обе напоминали фарфоровых кукол. Красивые картинки, только одна была как ожившая линогравюра, а вторая — как акварель. Забавно, но более всего фамильного сходства нашлось там, где отличия были разительными. Глаза юной особы огромные, открытые и живые. В них безраздельно царила тоска, а упрямая линия бровей предупреждала о возможных неприятностях в будущем.
Знакомство она решила начать с невнятного и непривычного для слуха приветствия.
— Драсти.
Мальчишка прыгал где-то внизу под боком и что-то счастливо верещал. Судя по всему, эти двое успели найти общий язык, вероятно, странный и исковерканный. Эрид не спешил отвечать и разглядывал незнакомку с интересом, от которого ей становилось не по себе.
— У тебя глаза матери, — зачем-то поделился своими наблюдениями мужчина, подразумевая только цвет. Но девушка набычилась пуще прежнего, будто ей приписали сходство с уродливым стариком-сифилитиком.
— Нет, — отрезала она.
Голос глухой и безвольный. Только затаённое как змея упрямство придавало ему некую окраску. Агате ещё с пелёнок выправили такую речь, которой не стыдно отдавать приказы на парадах. Однако, глупо постоянно сравнивать двух конкретных людей, кем бы они друг другу не приходились.
А в голову дракона уже закралось подозрение.
— Нет? Какого же они у неё цвета?
Девица смотрела на него снизу-вверх, как на буйно помешанного. Они стояли слишком близко друг к другу, как в низкопробном спектакле. Видимо, девушка тоже об этом подумала и отступила на шаг назад.
— Ну, голубые. Вы, э, представьтесь, или как?
— Разве этот сорванец — Эрид кивнул на мальчишку, грызущего ноготь и внимательно слушающего беседу, — не рассказал ещё всего, что знает?