Устав ждать, пока посыльный преодолеет все ступени, Сиена повернула голову и увидела в полированных мраморных плитах своё призрачное отражение. Медно-рыжая женщина с короткими густыми волосами — волос темнее в их роду не встречалось. Высокая, стройная, сильная. Она ещё молода, ей нет и сорока лет, а выглядит королева уж всяко моложе. Видел ли кто-нибудь складки вокруг глаз, которые появились не от возраста, а от ударов судьбы? Последние годы выдались не просто тяжёлыми, а безумными. Крики челяди у гранитных стен замка подтверждали это: люди сошли с ума. Они прятались по домам и плакали, выходили на улицу и убивали. Вот и к её резиденции уже не в первый раз подходила вооружённая чуть ли не вилами толпа. Народ сам не знал, чего хотел. Не все жаждали крови. Многим просто не оставалось ничего, кроме как присоединиться к шествию и смотреть, что из этого выйдет. Расстреляет ли их гвардия или прогонит прочь? Выпустит ли королева на охоту драконов или успокоит лихорадочную столицу? Им всем было страшно. Они не ведали что творили, не понимали, откуда взялась эта жуткая тревога, которая вынуждала бросать привычные занятия и отправляться бродяжничать и крушить.
Где-то хлопнула дверь, а гвардейцы грубо и нервно рассмеялись. Они не знали, что их могут услышать в Тронном зале. У Сиены был отменный слух, да и зрение не подкачало. Сказывалось дальнее и давнее родство с оборотнями. Наконец, среди колонн появились целых две фигуры, одна из которых принадлежала лорд-адмиралу. Он держал в руках вскрытое донесение и был смертельно бледен: почти сливался с белым мрамором лицом и сапогами — с чёрным. Сумрачные плиты на полу казались рвом в центре зала — вот-вот туда обвалится весь замок.
Сургучная печать красной опухолью качалась на бечёвке.
В тот момент, когда королева приняла донесение в руки, часы в Тронном зале треснули и дали обратный ход. Никто не рассказывал, случались ли такие знамения раньше, или эта война стала первой, которая началась со сломанного времени. Стрелки указывали одиннадцать, десять и девять, на гладкой бронзовой пластине ползли трещины. Ни вензелей, ни барельефов — ничего, что могло бы их скрыть или хотя бы слегка замаскировать. Принцесса сбежала. Сломались часы. И начал рушиться мир. В такие времена нужен надёжный и крепкий правитель, который не станет тратить время на скорбь и ярость.
Сиена улыбнулась в своей фирменной холодной манере и велела созывать совет.
Глава 70 Рок-концерт
С интернетом они подружились. Вещица удобная. Оказалось, что если научиться стучать пальцами по клавиатуре с такой же быстротой, как Ада, это сэкономит время и позволит задать машине ещё больше вопросов. В этом мире скорость работы ценилась очень высоко. Дракон это усвоил, и через несколько часов общения с ноутбуком чувствовал себя как рыба в воде. Аду это нервировало.
Она снова куда-то ушла, оставив без присмотра двух призраков. Один из них спал четвёртые сутки, второй — поглощал информацию.
Первым делом оборотень посмотрел, что такое бас-гитара, досконально изучил её устройство и принцип работы. Утомившись музыкой, дракон переметнулся к истории параллели, в которой находился. Что и сказать, она оказалась богаче истории его собственного мира. Всё то же самое — революции, войны, гении, идиоты и утерянные цивилизации. Только в утроенном количестве. Да ещё на территориях, с которыми даже Йэррская империя не могла тягаться. Огромные пространства, гектары лесов, пустынь, степей и тысячи кубических метров воды. Тут был не один океан, и даже не два. Целых пять! Зачем людям столько?
Последние полтора столетия сильно выбивались из общей колеи. При всех своих социальных и технических революциях, они словно потеряли нечто важное. Ада это чувствовала, и потому как одержимая рвалась в прошлое.
Подумав о ней, Эрид вспомнил мимолётное ночное признание, и вывел на экран новое слово. Присвистнул, удобнее перехватил ноутбук.
Перед глазами замелькали верёвки. Они сдавливали, душили, измывались над телом, подчиняя его необычным формам и изгибам. Превращали беспомощность в красоту: томно прикрытые ресницы и красные следы на коже. Узы-узлы уходили вверх, к крючьям на потолке. Тела раскачивались в воздухе и напоминали что-то более изысканное, чем просто людей. Согнутые под немыслимыми углами ноги, крепко схваченные за спинами локти и безвольно повисшие головы. Не всем понравится такое, но те, кому это придётся по вкусу могут смело называть себя гурманами.