Если бы не это, тогда Сиена, может быть, даже сдалась. Но всех их ещё с пелёнок приучили к мысли, что долг превыше всего: горестей, радостей, страстей.
В тот раз королева сама себя вытащила из ямы. Железной рукой схватила себя за шкирку, заставила есть, "держать лицо", отдавать приказы властным голосом. А также привыкнуть, что некому больше открыть свою душу и положить голову на плечо, пока никто не видит. Маленькие радости, которые давал простой смертный человек, без всякой магии в крови. Они помогали чувствовать себя неуязвимой, а точнее, любимой.
Где-то в глубине души Сиена стала мертвее покойников в фамильном склепе. Слабее собственных несмышлёных детей. Но перемены никто не заметил.
Глава 88 Угрозы и открытия
— Ты что здесь забыл?
Агата стояла в своих покоях руки в боки, будто и не уходила никогда. Появлению столь позднего посетителя принцесса совсем не обрадовалась.
— В гости пришёл. Ты всё равно не спишь.
Дракон огляделся. В этих комнатах он прежде не бывал. Когда-то их занимал Пьер, запах благовоний, кажется, до сих пор не выветрился отсюда.
— По поручению Сиены?
— По собственному почину, принцесса.
Женщина фыркнула и пошла наливать себе вино. Предлагать оборотню кубок она не стала, да он и не спрашивал, самовольно наполнив свой бокал. По прибытии из иной параллели они так ни разу и не поговорили с глазу на глаз. Агату это устраивало.
— Допустим, верю. Даже если бы она тебе сказала, ты бы ещё хорошенько подумал, подчиняться приказу или нет.
Мужчина улыбнулся, смакуя вино. Урожай неплохого года, с нотками граната. Выразительные глаза смотрели через хрусталь на камин. В этот момент Эрид был удивительно хорош и казался моложе своих лет. Точёный профиль, длинные волосы немного влажные: Старший дракон не так давно посетил купель замка. Её только открыли после реставрации, обновив изразцовую плитку и фонтанчик. Глазами и умом Агата всегда понимала, как притягателен её бывший слуга, но это её никогда не трогало. Вот и сейчас женщина видела перед собой не красивого мужчину, а лишнее дополнение своей комнаты. Дополнение, однако, не спешило уходить.
— Ты, кажется, многое позабыла в чужой параллели. Я не могу ослушаться свою королеву. Как некогда и тебя.
— Можешь, если это приказ между делом, ленивый приказ, если угодно. Чтобы подчинить вас против вашей воли, приходится прилагать много умственных усилий. Я это прекрасно помню.
— Ты была отвратительной торитт, — вдруг заявил Эрид.
— Ну да, знаю. А моя мать, Железная королева, неизменно остаётся хорошим правителем и не лучшим человеком. Возможно, сейчас ты доволен её приказами, но когда-то ты точно хотел её убить.
Дракон усмехнулся и долил себе вина.
— Ты всё напутала. Я хотел убить тебя.
Агата подняла точёную бровь. Как у представителя истинной аристократии, брови у принцессы были темнее волос на голове. А тонкие губы всё также бескровны и с едва заметными морщинками по углам. Но она по-прежнему блистала холодной привлекательностью.
— Ну да, ну да, возможно. Скажем прямо: в те годы ты бы с радостью избавился от всей моей семьи.
Дракон кивнул. Так всё оно и было.
— С возрастом ты стала более понимающей. Ещё лет пятнадцать, и с первыми сединами авось научишься не путать чёрное с белым. Ну или хотя бы сама не будешь путаться под ногами.
То ли упоминание её возраста покоробило Агату, то ли просто захотелось поскорее выставить дракона, но она требовательно вопросила: зачем он пришёл?
— Хочу убедиться, что от тебя больше не стоит ожидать никаких подлянок.
— Вопрос с престолонаследием практически решён. Сбегать я уже пробовала. Не знаю, какие-такие подлянки, как ты изволил выразиться, я ещё могу устроить.
— О! Ну ты-то можешь всё, я в тебя верю!