Она повернулась к старшей дочери. Та сидела как истукан в чёрно-золотистом платье.
— Агата! Будь добра, подтверди или опровергни мои слова о твоём нежелании править после моей — для кого-то долгожданной, но уверяю, не скорой — кончины.
Многие сконфужено заулыбались. Драконы — их было трое, не считая Эрида — захихикали, словно девицы.
— Ваше величество верно изложили суть, — заявила Агата. Выглядела она кисло. Править не хочет, а публичное лишение первого, после королевы, титула в стране ей неприятно. Хотя для других она уже давно ни какая не наследница, даже если ни одной бумаги, подтверждающей это, не существовало.
— Благодарю. Итак, если естественная наша наследница самоустранилась, — тут Сиена позволила злости на секунду показаться из-под непроницаемой маски, — мы оказались перед лицом проблемы. Согласно закону, наследование переходит строго по прямой линии от матери к дочери. Это означает, что минуя Агату, корона должна достаться её дочери — Аде.
Эрид с удовольствием наблюдал, как закипают мозги благородных господ. Молчавший до этого канцлер встрепенулся и грозно опустил руку на стол.
— Править нами будет человек из другой параллели?! Человек, который не знает ни истории, ни обычаев этой страны, не имеет подходящего образования и хоть каких-то способностей? Да я скорее умру, чем допущу это!
— Вам девяносто два, куда скорее, — вставил Эрид.
Канцлер с ненавистью зыркнул на него. Помимо всех прочих недомолвок между ними, теперь Старший дракон ещё и норовил при случае напомнить ему, что пора бы идти на покой. Сам оборотень ни капли не постарел за последние двадцать лет, и долго ещё останется в своей лучшей форме — так устроила скорректированная проклятием природа. Только хмурится он чаще, а линия губ стала жёстче, как и взгляд.
— Придержите коней, канцлер, вы не со слугами разговариваете, — выдала Агата таким тоном, что впору усомниться, стоит ли отбирать у такого человека корону. А раньше такие гневные фразы удавались у неё как писк у комара.
— Я озвучиваю факты, милорды, и ничего более. Эмоции тут неуместны, — отчеканила королева. Да, шиповник от розы, как говорится…
Помедлила, глубоко вдохнула. Вероятно, со времён войны со скельтрами, это самый неприятный королевский совет для Сиены.
— Продолжим, — не спеша сказала она. — Вторым кандидатом является моя вторая дочь, Аврора. Вы все прекрасно знаете: она рассудительна и образована. После того как Агата временно покинула нас, началась уже подготовка Авроры в качестве наследной принцессы — на всякий случай. Она провела семь положенных лет на Чёрных островах. Узнала всё необходимое, и по возвращении помогала мне в государственных делах. Её дракон разумен и не строптив.
Все посмотрели сначала на упомянутого оборотня. Вид у него был скучным и важным. Потом головы повернулись к Эриду: сравнивали. Варга разразилась диким хохотом, откинувшись на спинку резного кресла. Взгляды почтенных вельмож заскользили по гибкой, сильной шее, чёрной рубашке, натянутой на груди. И так же быстро ретировались: с Варгой лучше не давать лишний раз волю глазам, даже если она специально провоцировала.
— Ну, если судить так, то разумеется, вы правы! Послушный дракон не станет вам перечить, не нагонит лишнего страху на иноземных гостей. И уж точно не опозорит королевский двор какой-либо эскападой. Скукота, да и только. А я вот предлагаю Мадлен и её зверя. А что? Раз уж мы вершим историю, так давайте тогда с должным размахом. Эти двое станут без пререканий делать, что им говорят, им всё безразлично. А в свободное время будут выяснять с её высочеством Адой, напитки какого из миров крепче и забористей.
Эрид не сомневался, что именно этим они сейчас втроём и занимаются, и ещё не известно, кто кого большему научит. К таким откровениям Ада питала слабость и дважды приглашать её не надо.
— Сейчас не подходящее время и место для твоих шуточек, Варга.
Королева была серьёзна как никогда.
— Хорошо, хорошо!
Дракоша подняла руки в примирительном жесте. И тут же сверкнула заострёнными зубками.
— Но согласитесь, есть зерно истины в моём предложении?
— Эрид, — грозно повернулась Сиена. — Угомони её, и сам перестань веселиться.
Похоже, его попытки изобразить абсолютную невинность не увенчались успехом. Королева знала, что говорила: в обязанности Старшего дракона входил контроль за поведением других оборотней. Умеренный, потому как обуздать их на сто процентов попросту невозможно. Желая, чтобы его скорее оставили в покое, и совет быстрее решил все вопросы, Эрид наклонился к девушке и что-то зашептал ей на ухо. Варга не покраснела только потому, что у неё напрочь отсутствовало чувство стыда. Угрозы ей понравились, о чём говорили увеличенные зрачки и загадочная плотоядная ухмылка. Понравились настолько, что Эрид начал опасаться, а не сделает ли Варга что-то либо такое, что приведёт к их исполнению. Она могла, тем более что у драконши и так чесался язык сказать какую-нибудь очередную ересь. Министры раздражались: как бы они ни напрягали слух, узнать деталей, которые могли распалить их воображение, не получилось. Члены королевской фамилии делали вид, что ничего не замечают, а прочие драконы только потешались, наблюдая за этими играми. То, что страна начала исцеляться от вечной осени заметно улучшило их настроение.