Но тем не менее: такая вероятность была.
Канаты трещали, винты работали. Машина рассекала воздух, иногда покачивалась, чтобы аттракцион не переставал казаться опасным. Ада села прямо на палубе, игнорируя скамью, и свесила руку между прутьями, ловя попутный ветер. Ей было грустно, но приятно, а на косые взгляды команды она просто не обращала внимания. Девушка почти задремала, когда до её слуха донеслись тревожные голоса. Она нехотя распахнула глаза. Экипаж пристально всматривался куда-то вдаль, в сторону уже исчезнувшего с поля зрения дворца. Ада проследила за их взглядом. Сердце радостно и предательски подпрыгнуло в груди: крылатый силуэт вырастал на глазах, и птице не принадлежал. Это был дракон.
Аде не раз доводилось слышать о том, что пилоты враждуют с летающими змеями. Первых нервировало присутствие в небе огромных, непредсказуемых существ, вторые это самое небо попросту ревновали. Экипаж личного королевского флота, в отличии от других воздушных моряков, более терпелив и подготовлен в этом плане. Однако даже первоклассные пилоты заметно нервничали, наблюдая, как чёрная туша приближается к ним с такой скоростью, словно собиралась протаранить корабль. Некоторые с недоумением смотрели на Аду, будто бы она могла тут что-то прояснить.
Дракон за несколько минут не только догнал судно, но и поднялся над ним, вызвав у людей вздох облегчения: если бы чудовище не сделало этого, то задело бы своими крыльями металлический корпус, а может, порвало паруса. Насколько девушка знала, именно за подобные шутки пилоты терпеть не могли оборотней. Сначала люди не поняли, почему дракон попросту не облетел корабль стороной, но когда монстр исчез, и на палубу с грохотом приземлился одетый в чёрное мужчина, вопросы отпали сами собой.
На несколько секунд Эрид так и застыл, на корточках, одной рукой опираясь в шершавый металл. Потом резко распрямился и посмотрел на перекошенные лица пилотов. Надо отдать им должное, никто даже не охнул, глядя на это вторжение.
— Прошу простить и не обращать на меня внимание. Мне нужно перекинуться парой слов с вашей пассажиркой.
Ему поклонились, как того требовал этикет. Старший дракон был важной шишкой, и избегать церемоний люди не решались. Вряд ли возможно не обращать внимания на человека, который прямо с неба рухнул на корабль, предварительно долетев до него на собственных крыльях, но экипаж не лыком был шит. Пока пилоты делали вид, что целиком и полностью сосредоточенны на управлении судном, Эрид бодрым шагом подошёл к баронессе и протянул ей руку. Ада проигнорировала этот жест, и осталась сидеть на голом полу.
— Мне и тут хорошо.
Дракон не растерялся и попросту уселся рядом. На ветру длинные пышные волосы приняли живописный и хаотичный вид. Ада отметила, что у него они доходили до плеч, как у покойной Сиены, и погрустнела пуще прежнего.
— Веришь ли, наша уважаемая королева не сочла нужным сказать мне, что сегодня ты улетаешь. Зато отправила на встречу в академию, вместо Агаты. Это сразу показалось мне странным. Хотя, конечно, то, что я покинул приём посреди увлекательной речи ректора, расценят как не менее странный поступок. Знаешь, белый тебе не идёт.
— Только за этим прилетел? — бросила Ада. На счёт белого девушка знала и сама. К лицу ей были тёмные цвета и чёрно-белые полоски.
— Попрощаться хотел, оленёнок. Неужели думала, что я позволю просто так тебя увезти?
Она молчала долго. Ведь говорить совсем не хотелось: к чему? Потом всё же сдалась.
— Меня уже увезли.
— Что ж, найти след вашего убогого корабля мне не составило труда и…
— Увезли, не спрашивая моего мнения! Выставили! Можно сказать, выбросили как лишний хлам.
Что на неё нашло? С тех пор, как Ада оказалась в параллели, она научилась злиться так, как это делали её царственные родственники: холодно, отчётливо, не смущаясь и не заикаясь. Не считая, конечно, последней стычки с матерью. Она вообще стала увереннее, хотя с каждым днём теряла в своих правах. Только иногда к холоду примешивался юношеский запал.
— Моя принцесса, — тихо ответил Эрид, — иногда быть лишним и ненужным — значит быть уникальным.
— Ага, конечно.
— Не веришь мне?
Она ему не просто верила, а доверяла как никому прежде. За что уже не раз себя корила. Однако отличить кристально чистую правду от банального утешения девушка была в состоянии.
— Ты уникален. Настолько, что первую половину жизни провёл изгоем, а во вторую стал незаменим для целой империи. У меня другая ситуация, я лохом родилась, я лохом и помру. И нечего закатывать глаза, всё так и есть! Меня отправили в неизвестность и запретили появляться в столице. Ты же вернёшься к государственной службе. К Агате, к Авроре и… Варге. Верши историю с первыми и развлекайся со второй.