Её привели на самый высокий утёс, с плоским каменистым участком на вершине. Было полнолуние — время, так любимое сочинителями страшных историй и сумасшедшими. От магов не укрылась саркастичная усмешка на измождённом лице Ады.
Баронессе протянули чашу — едва обработанную морскую раковину с притороченной ножкой. В перламутре мерцала какая-то жидкость.
— Пей всё. Не бойся, на вкус как вода.
Ада подчинилась и осушила чашу. Вкус действительно пресный, с еле уловимым запахом трав.
— Будь добра, оставайся на этом месте и медитируй, как мы тебя учили. Напиток поможет быстрее достичь восьмой ступени отрешённости и включиться в нашу ментальную сеть. Ты поймёшь, что делать дальше.
Это было возмутительно.
— Восьмая, в смысле, высочайшая? Но я и до шестой с трудом дотягивала.
Старейшина удержался от того, чтобы закатить глаза и терпеливо повторил: зелье поможет, оно активизирует фером, но будет держать его в узде. Над этим рецептом маги трудились многие недели, потратив уйму сил и необычных, только им известных ингредиентов.
Восемь магов отошли на расстояние нескольких метров и образовали вокруг девушки круг. Одни стояли чуть дальше, другие — чуть ближе. Сверху выглядело как два четырёхугольника, вписанные один в другой. Ада, которая уже вошла в сознательный транс, отчётливо знала: всё это символизирует розу ветров — знак под стать свободолюбивым драконам.
«Не отвлекайся. Сосредоточься на цели» — долетело до неё беззвучное наставление. Магам подвластно общение при помощи силы мысли. И все Астор, которые проходили школу Чёрных островов, умели это, но, возвращаясь в мир, теряли часть своей силы и такие упражнения становились слишком изнурительными. Ада с самого начала предпочла обычную, устную речь. Мистические науки слишком напоминали технические предметы, которые она проходила в университете: девушка ни черта в них не смыслила.
Она закрыла глаза, целиком и полностью уходя в транс. Маги были её поводырями в путах ментальной сети. Они показывали, куда направить фером, обозначали точки мысленных соприкосновений. Ритуал проходил без свечей, заклинаний или каких-либо «классических» действий. Это было невидимое формирование сгустка энергии, который, как Ада чувствовала, клубился у неё над макушкой и воронкой втягивался внутрь. Кровь бурлила, смешиваясь с этим.
По серьёзным лицам стекали струйки холодного пота. Скулы сводило от напряжения, а ноги будто врастали в каменную твердь. Только моральная поддержка, которой маги намеренно окружали Аду, отведя для этого особый энергетический блок, не давала ей закричать.
Силовое поле кололось и потрескивало. Оно стало ощутимо даже на физическом уровне. Девушка почувствовала, что каменное плато под её босыми пятками дрожит и трещинами расходится в разные стороны — по одной на каждого мага. Промелькнула жуткая, отчётливая мысль, что если хоть один сдвинется с места, утёс продолжит расщепляться и не успокоится, пока не развалится на восемь ровных кусков, которые рухнут в Чёрный океан. Картина так ужасала, что хотелось самой всё бросить и бежать, бежать!
«Не отвлекайся».
И Ада не отвлекалась. Жар и холод чередовались, лихорадка переходила в агонию. Напряжение стало вконец невыносимым. Хотелось то кричать, то чесаться, раздирая кожу до крови, то броситься на поиски огня, чтобы спастись от могильной стужи. Девушка чувствовала, что её руки коченеют, а голова горит. Если бы это продлилось хоть на одну секунду дольше — это была бы смерть!
Вдруг всё пропало. Все ощущения, всякая ментальная связь. Энергетическая сеть ослабла, угасла, но через минуту вернулась с утроенной силой, заставив каждую клетку в теле Ады сместиться с положенного места и закружиться в вихре.
Страшный взрыв без огня. Маги пригнулись к земле под порывом восьми ветров. А когда осмелились поднять свои бритые головы, то на месте человека увидели дракона.
Глава 99 В шкуре чудовища
В скором времени стало понятно: дракон — это сильно сказано. Мелкое, чуть больше лошади, чудовище костерило всех последними словами, используя силу мысли. Вместо нормальной, положенной монстрам еды, оно упрямо жевало водоросли и иногда пыталось ходить на задних лапах. И это, разумеется, было наименьшими из проблем.