Эрид укоризненно посмотрел на неё, словно ребёнок, у которого отнимают игрушку.
— Мне угрожали холодным оружием.
— Я сказала, перестань таращиться на моего адмирала как на кусок мяса. Не вынуждай меня повторять.
— Как скажете.
Спустя мгновение старик, к которому после приказа королевы начал возвращаться естественный цвет лица, закричал от боли. Развернувшись всем корпусом, дракон впился зубами в его плечо. Парадная шпага выпала и жалобно звякнула об пол. Сверху на неё полилась кровь. Алые пятна расцветали сочной мозаикой на металле и почти сливались с чернотой блестящего мрамора. Сиена медленно поднялась с трона, Агата никогда ещё не видела мать такой удивлённой. Девочка инстинктивно схватила за руку отца — та была холодна и чуть подрагивала. Постепенно в зале начали раздаваться и другие, истерические крики. Варга сделала несколько шагов и присела на корточки, ошарашено и с любопытством наблюдая за нараставшим хаосом. Нердал повёл плечами и также подался вперёд. По выражению его лица принцесса поняла, что он готов с минуты на минуту тоже сменить облик, если ситуация того потребует.
Адмирал водил страшными глазами из сторон в сторону, из-за болевого шока потеряв способность говорить. Он держался за руку, которая как-то неестественно свисала в порванном рукаве. «Неужели оторвалась?» — подумала Агата и почувствовала, что её мутит. Переведя совершенно невинный взгляд на королеву, Эрид поднял кожистые надбровные дуги.
— Что? Я же его отпустил!
— Как это понимать?!
Сиена тоже побледнела, но явно не от страха. Минутного замешательства как ни бывало.
— Ты опоздал, посмел явиться ко двору в таком виде, напал на моего советника! И всё это на глазах у моей одиннадцатилетней дочери!
Агата удивлённо уставилась на мать. Раньше королеву не особо волновало психическое состояние принцессы.
— Так вы хотите видеть другой облик? Ну так бы сразу и сказали. Всего-то.
С этими словами Эрид прямо на ходу совершил превращение. К трону подошёл молодой, лет двадцати пяти, человек с едва заметным пятном крови на щеке.
В следующую их встречу он будет выглядеть чуть старше, но на этом процесс старения остановится на многие годы.
— Мне казалось, её воспитывают по методике жестоких зрелищ, — отрезал дракон, приглядываясь к Агате. — Я, как мог, привнёс свою лепту.
Они встретились спустя пять лет, и теперь каждый смотрел на другого как баран на новые ворота. На лице Эрида промелькнуло что-то похожее на сожаление, во всяком случае, так показалось девочке. Но он не успел ни принести извинений, ни надерзить ещё больше, так как к раненому адмиралу вернулся голос.
— Стража!!! Отправьте его в темницу! — заорал он, по-прежнему придерживая свисающую и кровоточащую руку. Вокруг него уже сновали люди и предпринимали жалкие попытки увести покалеченного вояку в госпиталь. Гвардейцы отнюдь не горели желанием арестовывать того, кто только что едва не съел их главнокомандующего, но настойчивая брань напоминала им о долге. Один из офицеров неуверенно направился к Эриду, поудобнее перехватив ружьё, но стоило только ему приблизиться к дракону, как у того на кончиках пальцев заплясали странные фиолетовые вспышки. Молодой человек легко дотронулся до груди солдата, и тот отлетел на два метра, выронив оружие. Офицерский мундир задымился, волосы встали дыбом, но большего ущерба Агата не заметила. Мужчина поднялся на ноги и шарахнулся в сторону выхода. Но, вспомнив о том, что на него все смотрят, остановился, не зная, что делать дальше. Но что он делать точно не будет, офицер понимал ясно и отчётливо: он больше ни за какие коврижки не станет нападать на оборотней.
По тронному залу прокатилась новая порция панических воплей.
Сиена с немым вопросом обернулась к Нердалу. Она теряла контроль над ситуацией и ей это не нравилось, хотя Эрид стоял молча и вроде бы не собирался усугублять ситуацию. Старший дракон пожал плечами.
— Я предупреждал тебя. Рассказывал, что он… изменился.
— Ты рассказал недостаточно. Можно было прямым текстом сказать, что он бьётся током.
И монарший гнев обратился на виновника сегодняшних бед. Сиена не кричала, но была близка к этому. Она говорила быстро и чётко, чеканя каждое слово. Ни одна визгливая нотка не проскочила в её голосе. На замечание о том, что Нердал никогда не позволял себе подобных выходок, Эрид сухо улыбнулся.
— Моя госпожа. Нердала, за всю его жизнь, ни разу не назвали выродком.
Дракон королевы нахмурился и не стал опровергать это заявление. Потому как оно было правдивым: все драконы с рождения пользовались всеобщим преклонением. За исключением Эрида.