Какое право он имел показываться этой девочке на глаза после того, что сделал? Ей не следует знаться с монстром, который вкусил крови, устроил месть за личную обиду. Драконы убивали нередко, но почти всегда по приказу. Или чтобы заступиться за королевскую честь и гордость своих господ. Чтобы Эрид не делал — страдал, развлекался или сводил счеты — он не думал ни о Сиене, ни о её дочери. Оборотень попросту забыл о них, но Алонсо, этот упрямый старик, говорил, что так быть не должно. И раз за разом обращал внимание дракона на его долг.
Согласно законам природы и людей, ни одно чудовище не обладало свободой воли. Но только если правительница и торитт не махнули на него рукой. Сейчас Сиена занята другими проблемами, дракон наследницы её пока не интересует. Эрида вызывали во дворец лишь на официальные встречи и государственные праздники. Держали его за скандалиста, которого лучше не подпускать близко к Шамбри лишний раз — до поры, до времени. Рано или поздно Сиена взялась бы за неугодного монстра и перекроила на своё усмотрение, чтобы через много лет он стал достойным приемником Нердала. Ну а пока — ей просто не до этого. Слишком много у монарха забот.
А Агата? Исходя из своих скудных познаний о жизни королевских детей, дракон заключил, что девочка всё время занята учёбой. В свободное время у неё наверняка есть, с кем поболтать: несколько сестёр, брат и целый выводок маленьких герцогов, баронов и других наследников великих фамилий. Агату не выпускают из замка, напичканного гвардией и личной стражей. Принцессе ничего не угрожает, ни скука, ни опасность. Случалось, Эрид замечал ментальные волнения, которые тянулись к нему щупальцами от самого дворца, и в них легко читалась тоска и обида. Он старался не обращать внимания, пользуясь тем, что его связь с торитт слабее, чем у других монстров.
Да и какое детство обходится без слёз? Даже у королевской дочери могут быть неудачные дни.
Он не хотел видеть её раньше времени, и продолжал медлить до самой смерти Алонсо. Агата не могла не почувствовать хотя бы что-то на ментальном уровне, когда её дракона раздирало от боли и гнева. Что она подумала тогда? Эриду не хотелось знать. Страшно было представить, что ребёнок мог хоть отчасти познать эту тьму.
Совесть, долг и одиночество. Желание стать хоть кому-нибудь нужным как человек, а не чудовище, боролось с ленью и упрямством. Агата слишком мала, о чём с ней говорить? Она дочь Железной королевы, и может оказаться такой же жестокой и неживой. При дворе слишком тесно, гранитные стены замка давят, а дым столицы угнетает. Лучше бы остаться здесь и прятаться в лесах, пока не придёт время поступить на службу под начальством Астор.
Он врал себе и знал, что на самом деле девочке так же одиноко, как и дракону. Как бы сложились их судьбы, прими тогда Эрид другое решение? Чуть меньше благородства, и Агате не к кому было бы обратиться за помощью в её безумных идеях. Переросла бы их, перебесилась, стала второй Сиеной. И никаких войн, никаких катаклизмов!
Но этого хотел Алонсо, он хотел, чтобы они встретились и подружились. Глупышка-принцесса обязана обретением друга-раба старому и неграмотному рыбаку.
А у Эрида же теперь нет никого, кроме неё.
***
Сначала всё было хорошо. Он принял приторную благодарность её высочества за чистую монету. Но уже во вторую встречу понял: Агата не так мила и наивна, какой её привыкли видеть. Она капризна и упряма, но всё-таки с доброй душой.
А вскоре обозначились проблемы: длительное пребывание во дворце и не самые разумные идеи наследницы. Лёгкое недомогание оборотня, которое он скрывал от всех, никак на ней не отражалось — Агата реагировала только на острую боль. Дракон мужественно переносил неприятные ощущения в плечах и улыбался торитт. А сам думал и качал головой. Все советы были как об стенку горох: с фанатичным блеском в глазах принцесса предлагала один безумный проект за другим. Иногда это забавляло. Но порой внушало чистый ужас.
Он до последнего отказывался видеть в Агате маленького тирана, и становился свидетелем её первых жестоких деяний. Дракон успокаивал себя тем, что и сам не ангел. Не стал бы им, даже без тех двух трупов в лесу. Так имеет ли он право осуждать выходки принцессы? Всё-таки оба они выросли в одиночестве и видели жестокость с юных лет. Девочка просто становилась той, кем её пытались воспитать.
Это стало понятно после случая с апельсином. Агате самой было неловко и стыдно. Она не хотела причинять боль, наносить обиду тому, кто был к ней так добр. Какая муха укусила принцессу, что из хитрого, но милого ребёнка она вдруг превратилась в карикатурное подобие Железной королевы?