То, что изменяет жизнь. Программа.
«Уже завтра молодые стажеры Галактической Академии смогут отправиться в экспедицию на планету Кастерион.
Директор Е. П. Зимин, выдвинул кандидатуры самых достойных учеников. Всех участников разделили на семь групп. Каждая группа из восьми человек отправится на всеми знакомую планету. Подростки в течении месяца должны собирать информацию о местном диалекте.
Далее Е. П. Зимин, хотел бы поделиться с нашими слушателями своей точкой зрения.
- Одно из главных качеств нашей молодежи – амбициозность. Именно по этому, я разделили всех участников на семь враждующих лагерей. Таким образом ученые Земли могут получить большое количество информации об интересующих их качествах атмосферы, а победившая команда – мировую славу и дорогу в свое будущее.
- Как же вы определите победителей?
- Очень просто. Ежедневно кураторам команд будут приходить определенные задания. Скорость выполнения заданий зависит от способностей куратора и его подопечных. Всего заданий тридцать восемь, и выписаны они в порядке от самого простого, вроде, визуального определения массы двойной звезды, до более сложных. Чем больше заданий выполнено – тем больше баллов перечисляется в кошелек команды.
- Кого же вы решили выдвинуть на такую интересную миссию?
- Еще раз хочу напомнить, на такое задания могут отправиться лишь самые одаренные и способные. Я выделил пятьдесят шесть учеников со всех потоков. Самому младшему из них не больше шести, а самому старшему девятнадцать. Команды будут составляться с помощью жребия, прямо перед вылетом. Над списком работал весь учительский состав моей Академии, попрошу зачитать те самые фамилии моего заместителя – Б. М. Витаеву.
ДАЛЬШЕ В ЭФИРЕ БРОНИСЛАВА ВИТАЕВА И СУДБОНОСНЫЙ СПИСОК.
А ТЕПЕРЬ РЕКЛАМА!
Я еле удержалась, что бы ни швырнуть в экран чем-нибудь тяжелым. Сначала несут какую-то чушь – а на самом интересном вдруг реклама! На экранчике уже мельтешил слоган популярной рекламы авто.
И не мог диктор сначала сказать мою фамилию, а уже потом рекламировать эту ерунду для лихачей.
Да, я уверена, что мою фамилию все же назовут! Я подходила по всем вышеуказанным параметрам и вполне могла войти в те пятьдесят шесть человек. Вернее уже вошла, разумеется я в списках!
Списки я должна была слушать вместе со всей семьей, но рядом похрапывала лишь сестренка.
Мама – начальница законников, сегодня утром уехала на срочный выезд, а у отца происшествие в одном из его магазинов. Бабушка гостит у своей подружки. И только пятилетняя Алиса, которая, как ни странно в сад не ходит, а опекается нашим домашним роботом и личной учительницей (через год сестра должна поступать в Галактическую Академию, а без ошибок даже спутники назвать не может).
И где-то у себя в комнате сидит двенадцатилетний Сашка.
Сашка программу не слушает, знает ведь, что такого оболтуса не возьмут.
- Ну что, взяли тебя, нет? – на небольших колесиках в гостиную въехал Кириллица. Наш непосредственный робот-домохозяйка. В металлических руках Кир держал пустую кошачью миску и активно намывал ее. За роботом мельтешила ее хозяйка – кошка Лиса. Она протестующе мяукала, и Кир иногда успокаивающе поглядывал на мелкий пушистый комок. – Бродит ведь под колесами! Успокойся маленькая, сейчас отдам.
Голос у Кира был размеренным, железным, как и у всех старых моделей. Отцу не разрешалось менять ему гортань на более усовершенствованную, которая делает голоса роботов более человеческим – Кир сам запретил. Когда папа ему это предложил, Кириллица очень оскорбился. Мол, или терпите меня таким – старым и скрипучим, как в прямом так и в переносном смысле, или покупайте себе нового – с голографической мимикой и встроенным оружием. Выбор, конечно, был очевиден. Или не совсем, просто Кира обижать не хотелось.
- Считай – уже взяли! – заверила его я.
- Ты всегда была очень самоуверенной. С самого детства. Но, попрошу заметить, к твоему образованию и я приложил усилий. Кто бы научил тебя Двоичному Коду? Рассказал про строение Солнечной Системы?
- Ну а я попрошу заметить, что эти знания сыграли свою роль на вступительном экзамене в Академию. А строение гидросферы и названия минералов – я учила сама.
Кира обижать не хотелось, но подразнить то можно? Робот – бог знает сколько ему лет – был со мной с самого детства из-за занятости родителей. Моя тетя все время причитала, что ни сколько не удивится, если с возрастом у меня не разовьется мимика, ведь я так мало вижу людей! Нормальное вроде лицо… Улыбаюсь, плачу, кричу – и ведь не сказать, что почти весь первый год своей жизни я провела в компании без эмоциональной машины.