— Ты знаешь, кто мы? — спросило лицо, не отводя взгляда. Абаддон посмотрел в ответ и кивнул.
— Забирающие мёртвых! — произнёс он.
Лицо рассмеялось.
— Так и есть, парень. Так и есть. — Фигура держала монету в бронированных пальцах. Поверхность серебряного кружочка зеркально блестела. — У меня есть монета за твою жизнь.
Абаддон не пошевелился, сохраняя выражение лица и взгляд спокойными. Бок пульсировал от боли. Он чувствовал во рту привкус крови. Он собирался умереть, но не собирался давать этим похожим на людей существам победный трофей. Если они пришли за его жизнью и душой, тогда им придётся вырвать их из него. Забирающие мёртвых всегда были здесь. Они жили в ночи и звёздах, кружившими над небесами Хтонии. Они наблюдали, судили и забирали достойных во тьму, чтобы те стали подобными им. Хотя некоторые считали это всего лишь историями, но в последние годы целые кланы исчезали во время войн банд и их больше никогда не видели. Забирающие были настоящими.
— Мы искали тебя, — сказало лицо, — изгнанного принца, который убил своего отца вместо того, чтобы убить товарищей по клятве и стать мужчиной.
Абаддон продолжал молчать. Вторая фигура, всё ещё наполовину невидимая, переместилась и грубо рассмеялась.
— Ты ничего от него не добьёшься, Сиракул. Посмотри на него. Он не из разговорчивых. Слишком много злости ищет выход. Вот почему он здесь. Вот почему он почти умер в этих туннелях, а все верившие в него — погибли. Может он и убийца, но в нём столько огня, что он сожжёт всё к чему прикоснётся.
Вторая фигура появилась перед размытым взглядом Абаддона. Она была в такой же серо-белой броне, что и первая, и держала под левой рукой украшенный гребнем шлем. Абаддон заметил символ полумесяца на шлеме над правым глазом. Кожа мужчины была чёрной, как полированное трутное дерево. Коротко подстриженные в форме ирокеза волосы протянулись вдоль головы. Широкие серебристо-серые глаза мерцали над улыбкой.
— Верно, не так ли? Ты так и будешь смотреть на нас и не произнесёшь ни слова, даже если мы вонзим в тебя ножи и вырежем твою душу.
Первый мужчина, которого звали Сиракул, встал.
— Мой брат прав, парень? — спросил Сиракул. — Или в твоих венах течёт не только злость, Абаддон?
Он поморщился от звука своего имени и взгляд переместился между двумя смотревшими на него сверху вниз мужчинами.
— Да. Мы знаем твоё имя, — сказал сероглазый. — Мы знаем, кто ты и что сделал. Мы знаем, что ты убил почти всех в родном клане, а выжившие с тех пор вели на тебя охоту. Мы знаем, что ты убил всех, посланных против тебя, а затем нашёл тех, кто их послал, и сделал с ними то, что они не смогли сделать с тобой. Мы знаем всё это. Мы знаем, что ты — убийца и выживший, Абаддон, сын Таркеррадона. А вот чего мы не знаем — есть ли в тебе силы стать кем-то большим.
— Я не… — Абаддон процедил слова сквозь сломанные зубы и боль. В какой-то момент в бою после засады что-то разрушило половину костей его лица. — Я не хочу быть королём.
Снова раздался громкий смех.
— Вот им ты точно никогда не будешь, Абаддон, — сказал воин с серыми глазами. — Ты или умрёшь здесь, или станешь одним из нас. Мы — убийцы королей и ниспровергатели тиранов. Мы братья по войне и крови. Мы живём друг для друга и умираем за будущее, которое сами создаём, и это всё, кем мы когда-либо будем. Хочешь стать таким, Абаддон?
Он посмотрел на них. Боль попыталась затянуть его в свои объятия. Он вдохнул воздух, услышал, как зазвенели цепи. В уме он снова увидел пещеру становления, отец падал от его окровавленной руки, он повернулся быстро, но недостаточно быстро, и один из охранников успел дёрнуть назад голову Карса и рассечь ножом горло его брата по крови.
— Вы говорите правду? — спросил Абаддон, вытаскивая слова из бездны боли. — Вы клянётесь, что это правда?
Сиракул посмотрел на своего товарища и затем кивнул: