Мерсади разговаривала и рассказывала истории, пока «Антей» мчался во тьме залива между Ураном и Юпитером. Похоже, газовые гиганты находились в той части орбитального цикла, которая выводила Юпитер на прямой курс между Ураном и внутренней системой. Больше не было никаких взрывов, спешки и неожиданных событий, просто медленно и натужно тянувшиеся минуты, часы и дни, пока напряжение росло внутри мыслей всех, кто был на борту.
— На что он похож, Тронный Мир? На что? — спросил Нун.
Мерсади пожала плечами и улыбнулась:
— Не знаю на что он похож сейчас. Я уже давно не была там. Но хочешь знать правду? — Она наклонилась над доской с цветными плитками и понизила голос до шёпота. — Всегда считала его уродливым. Небо затянуто дымкой. Раньше там были моря, но уже никто не может вспомнить, когда именно. Теперь там только пыль и вонь. Слишком много высоких зданий. И люди, много людей, больше, чем ты можешь себе представить.
— Куда вы ушли? — спросила Мори через комнату. Мерсади оглянулась на девочку, которая едва пошевелилась, но внимательно смотрела на неё. — Если вы долго находились вдали от Терры, куда вы ушли?
Мерсади выдержала взгляд девочки, обдумывая, как лучше ответить.
— Я ушла посмотреть, как создаётся Империум.
— Что это значит? — спросила девочка.
— Достаточно вопросов, — произнесла из угла Аксинья.
Мерсади посмотрела на телохранительницу, затем снова на цветные плитки на доске, потом на Нуна. — Похоже, ты можешь выиграть, — сказала она ему.
Повсюду вокруг них зазвучали сигналы тревоги.
Штурмовая капсула врезалась в спину «Антея». С боков капсулы выскользнули когти, впились в металл и подтянули её ближе к корпусу. Кольца зубастых дрелей начали вращаться. Мелталучи ударили в упор. Поверхность корпуса пузырилась и сочилась оранжевым. Сработали кумулятивные заряды в основании капсулы. Взрыв пробил горячий металл и превратил его в струю раскалённой добела жидкости. Капсула покачнулась, но её снабжённые лезвиями опоры погрузились ещё глубже, втягивая вращавшиеся зубья пасти в светившуюся рану.
Сработал второй комплект зарядов и пробил последние дюймы корпуса корабля. По ближайшим к месту взрыва коридорам прокатилась взрывная волна. Наполовину закрытые люки выбило. Одинокий матрос рядом с точкой удара отлетел в стену и превратился в сломанную куклу из измельчённого мяса и разрушенных костей.
Круглый раздвижной люк между зубами-дрелями капсулы с лязгом открылся. Появились фигуры. Из-за тёмно-красной пустотной брони они казались угловатыми и громоздкими. К куполообразным шлемам от баллонов на спинах тянулись напорные шланги.
В каютах на носу корабля Мерсади поднялась с пола и выпрямилась, пока корпус дрожал от прорывного взрыва.
Аксинья уже двигалась, схватив обоих детей и размытым пятном метнувшись к двери. В одной руке она сжимала длинноствольный пистолет.
— Аксинья, — позвала Мерсади. Что-то было не так, что-то расплывалось на границах сознания, на чём Мерсади не могла сосредоточиться. Кожу на шее и руках покалывало. Перед её мысленным взором появилось изображение из сна: волк, который улыбался острыми окровавленными зубами. — Не уходите. Там что-то…
Телохранительница повернулась, открывая дверь:
— Мне нужно попасть к господину Веку. — Дверь открылась, и она оглянулась на Мерсади, маска самоконтроля на секунду исчезла, сменившись нескрываемым презрением. — Это вы втянули нас во всё это. Пусть они получат вас. — Она отвернулась. Глаза Нуна расширились, когда он оглянулся на Мерсади, удерживаемый Аксиньей.
— Нет, — сказала Мерсади. Она тряслась, дрожь била её изнутри, словно ищущий выхода заряд. В разуме возникло изображение символов, которые она видела во сне с Киилер, планеты и знаки, символы и значения. Они изменились и сместились, пылали жаром и источали дым. И со всей ясностью, как если бы это прокричали ей в ухо, она поняла, что это было предупреждением. — Есть что-то ещё… что-то приближается… Не уходите!
Аксинья выглядела так, словно и не собиралась останавливаться. И всё же она помедлила, вытащила компактный лазерный пистолет из-под одежды и бросила на пол перед Мерсади.