Лязг топора и меча, круг притирочного порошка вокруг жёлто-синего керамита, медленное дыхание…
Снова и снова. Таким стал их долг: ждать дня, который может никогда не наступить, и держать разум закрытым от сил, что были их военным ремеслом.
В других легионах запрет Императора на использование псайкеров привёл к тому, что библиарии занимались своими другими обязанностями, им доверяли, предполагалось, что они воздержатся от использования своих сил. Но так было в других легионах. VII не придерживался одного только духа правил. Поэтому Массак и его братья остались в этом зале «Фаланги», окутанные тишиной изнутри и снаружи.
Но всё же он видел сны.
Они всегда возвращались, проскальзывая в моменты отдыха. А в последнее время картины сна вторгались в его медитацию, даже когда он бодрствовал.
Он шёл по каменным пещерам и тёмным лесам, которые никогда не видел. Звёзды кружились и вращались. Он видел лица существ, которые не были ни людьми, ни зверями, но одновременно были и теми, и другими. Он видел женщину, идущую по коридорам незнакомого корабля. Он видел, как открылась дверь…
Он открыл глаза. Он вспотел, капельки влаги покрывали кожу под одеждой. Братья открыли глаза секунду спустя и посмотрели на него со всех сторон круга для медитаций. Кад, самый молодой и младший по званию, покачивался на коленях. Его левый зрачок был неестественно расширен, правый казался размером с булавочную головку.
— Волны варпа… становятся сильнее, — произнёс Кад.
— Направьте умы внутрь, братья мои, — сказал Массак. — Происходящее вовне нас не касается. Мы поклялись выдержать и именно это мы и сделаем.
— Ты чувствуешь это? — сказал Соллон. Почтенный кодиций указал рукой на палубу вокруг себя. — «Фаланга» движется.
Массак закрыл глаза.
— Сосредоточьтесь, братья. Наши взоры обращены внутрь. Наши мысли — основа наших сущностей. Наш долг — жизнь, которую мы ведём…
Снова опустилась тишина, и Массак почувствовал, как образы медитативного успокоения уводят его сознание всё ближе и ближе к покою. Он будет ждать. Но часть его — часть, которая ждала и слушала, пока в духовном царстве рос и ширился шторм — знала, что сны придут снова.
Боевая баржа «Монарх огня», высокая орбита Урана
«Монарх огня» стрелял, даже объятый пламенем. Пятидесятиметровая рана светилась отблесками внутренних взрывов там, где кинетический выстрел пробил его корпус. Попадание разминулось на несколько метров с жизненно важными системами, но оставило после себя охваченные пожарами палубы.
Потоки плазмы хлынули с его спины и батарей левого борта. Коса света рванулась на встречу приближавшимся линкорам Железных Воинов. Их было двенадцать, все относились к главным типам, покрытые металлом и окутанные десятками пустотных щитов. Каждый мог выдержать прямой бортовой залп равного ему корабля. Но «Монарх огня» не был им равен. Он был императором разрушения, а они — простыми лордами.
Пустотные щиты на пяти кораблях Железных Воинов исчезли, разрушаясь один за другим, вспыхивая от перегрузки. Плазма хлынула на их корпуса. Пласталь и камень вспыхивали, испарялись и плавились, рассеиваясь во мраке. Белый пар отделился от «Монарха огня», пока охлаждающие вещества обволакивали его оружие и обшивку. Оставшиеся противники не дрогнули. Щиты корабля замерцали под ударами их турболазерных лучей.
На мостике «Монарха огня» лорд-кастелян Хелбракт ощутил, как корабль сильно задрожал, словно набирал воздух перед тем, как прореветь снова. Лампы потускнели. Всплеск вокс-траффика оборвался и затих. Тактические экраны заволокло гололитическим снегом. Наступил момент тишины и неподвижности, когда огромный корабль вдохнул энергию из своих систем, чтобы выпустить её во врагов.
Они отступили к пространству вокруг Оберона. Корабли и припасы всё ещё продолжали поступать с последнего спутника, остававшегося в руках лоялистов. Долго это не продлится. Каскад взрывов лишил его большинства защитных систем, но даже если они сохранились бы, судьба Оберона была предопределена. Железные Воины шаг за шагом продвигались сквозь орбиты Урана, захватывая то, что могли, и разрушая то, что не получилось захватить. Встречая сопротивление, они применяли больше силы, приводили больше кораблей из Элизийских врат и заменяли погибших солдат и корабли ещё большим количеством.