— Сообщение на Терру, — произнёс он, сняв шлем. — Уран захвачен врагом.
Окружавшие его офицеры склонили головы при этих словах.
— Мы за пределами зоны вероятного вражеского перехвата, — сказал старший техножрец, наблюдавший за сигнальными системами корабля и ауспиками. — Желаете отправить коды встречи, лорд-кастелян?
Хелбракт кивнул, изучая доклады о повреждениях и потерях остального флота. Для того, чтобы он согласился с этой частью стратегии потребовалось личное сообщение самого Дорна. Она вступила в противоречие с почти каждым его инстинктом. Столкнувшись с врагом, каким бы сильным или многочисленным он ни был, он наступал, или стоял, полагаясь на силу щита, меча и болтера. Ты не уступаешь территорию, которую желал враг.
Но именно это они сейчас и делали, и планировали так сделать ещё до того, как корабли предателей вырвались из врат.
— Теперь, в этот момент, не стены и цитадели наше поле битвы, — произнёс Рогал Дорн, его голос был исполнен силы даже в искажённом помехами сигнале с Терры. — Наше поле битвы — время, и сражения, которые мы ведём, должны врага лишить его. Они жаждут времени, нуждаются в нём и не могут потратить впустую ни секунды. И поэтому мы должны лишить их его. Всё должно оцениваться с этой позиции. Мы не можем остановить их, сын мой, но можем заставить терять время и силы, прежде чем они достигнут стен Дворца. Это стоит больше чем любая крепость или линия, которая не находится на почве Терры.
— Я сделаю всё, что необходимо, — ответил Хелбракт и отослал три сотни кораблей от Урана в ночь, чтобы ждать.
Он склонил голову тогда, сделал он это и сейчас…
Больше трёхсот кораблей висели в лишённом света заливе между Ураном и ядром системы… Больше трёхсот орудий не говорили, чтобы не подпустить врага к «Фурану», Корделии или Оберону, или…
Это что-то изменило? Это сейчас что-то изменит? Враг не ожидает нового и свежего флота, который встретит его на пути вглубь системы… Возможно. Должно изменить.
— Отправьте коды, — произнёс он, подняв голову. — Курс на встречу с остальным флотом.
ТРИНАДЦАТЬ
Подсчёты и ошибки
Идём со мной
Сны
Бастион Бхаб, Императорский Дворец, Терра
— Они потерпели неудачу, — произнёс Джагатай Хан. — Гор потерпел неудачу.
В пристройке стратегиума Великое Сияние было тихо. Четыре человека, три примарха и один почти человек молча стояли и смотрели на Преторианца Терры сквозь завесу гололитического света. Одинокая тактическая проекция вращалась в центре помещения, мерцая, когда данные прокручивались по её сфере.
Регент Малкадор стоял между Сангвинием и Ханом; рядом с ними расположились магос-эмиссар Кассым-Алеф-1 и главный верховный солнечный генерал Ниборран. Су-Кассен стояла справа от Дорна, и призрачное присутствие старшего астропата Армины Фел заполняло пространство слева от него.
Никто из них не произнёс ни слова после заявления Хана. Оно было несомненно правильным, но…
Су-Кассен наблюдала, как Кассым-Алеф-1 вытянул хромированный палец и остановил проекцию, словно прерывая вращение детского волчка.
— Внешние пределы захвачены врагом, — сказал магос-эмиссар. — Они наступают во внутреннюю систему. Марс, священная колыбель машины, станет следующим. Если последователи ложных Механикум вылезут из своих нор, флот Четвёртой сферы не сможет остановить их. По моей оценке, основная эффективность его главных сил будет уменьшаться со скоростью три целых шестьсот двенадцать тысячных процента в час. Это недопустимо. Потерянные кузницы попадут в руки захватчиков.
— Но у них почти не останется сил, которые можно будет ввести в бой здесь, на Тронном Мире или орбите, — произнёс Ниборран. Казалось, что старый генерал не сводил взгляда своих серебристых аугметических глаз с проекции. Тусклые рубины в правой глазнице замерцали на фоне тёмной кожи, когда он коротко кивнул. — И даже если останется — у них не будет времени. Милорд Джагатай прав, ситуация очевидна — они потерпели неудачу. Их сил слишком мало, они прибывают с опозданием и по частям. Мы можем встретить их, остановить и разбить одного за другим. Они будут только царапать стены, когда придёт лорд Жиллиман.
— Но что насчёт Священного Марса? — прошипел Кассым-Алеф-1. Су-Кассен подумала, что его голос ещё никогда не звучал настолько по-человечески. — Освобождение было обещано. Обещано и закодировано с клятвами. Это…