Мерсади снова посмотрела на останки Века. Возникло чувство, словно она должна остановиться, словно время должно остановиться и отменить этот момент. Палуба опять задрожала. Нил что-то сказал, но она услышала только половину. Она встряхнулась, подняла упавший офицерский плащ и накрыла им Века. Нил что-то крикнул, слова затерялись среди грохота металла.
— Что? — спросила она, отворачиваясь и поднимаясь по лестнице на рулевую платформу. Позади себя она услышала шум людей, которые шли по коридору к открытым дверям мостика. Нил склонился над палубой, изучая кроваво-масляное пятно на бронзовом и железном полу.
— Я сказал, что не видел следов гибели техножреца корабля.
— Чи-32-Бета, — произнесла Мерсади. Палуба на мгновение покачнулась.
— Что? — спросил Нил.
— Так её имя, техножрицы корабля. Её имя Чи-32-Бета.
Нил пожал плечами, игнорируя столь малозначимый факт.
— Она нужна нам. Даже с экипажем мы не сможем управлять системами судна без техножреца… — Он шагнул вперёд, не сводя взгляда с размазанной жидкости. Мерсади услышала крики на нижнем уровне мостика, когда беженцы увидели резню. Нил подошёл к секции стены с толстыми швами и заклёпками. Между двумя пластинами от пола до потолка протянулась трещина, как если оставили бы приоткрытой дверь. Пятна крови и масла исчезали за стеной.
Нил смотрел на неё, его и так уже бледная кожа каким-то образом стала ещё бледнее. Он остановился и уставился на бегущую по стене трещину. Звуки голосов и шагов приближались снизу по лестнице к платформе. Нил отступил. Корабль задрожал, и Мерсади заметила, что из трещины на пол просочилась новая капля чёрной жидкости.
— Нил, — сказала Мерсади. — В чём дело? — Но навигатор продолжал пятиться и смотрел на другую лестницу, ведущую вниз к носовой части мостика. Он направился туда.
— Шаттл всё ещё там, — прошептал он, словно обращался к самому себе. — Я проверю там ли он. Да, на всякий случай…
Он подошёл к лестнице и стал спускаться именно в тот момент, когда первый беженец поднялся по кормовой лестнице. Мерсади собралась позвать его, но он уже скрылся из вида.
— Все мертвы, — произнёс один из беженцев. Это был крупный мужчина, который первым вышел вперёд; он сказал, что его зовут Гейд. Его глаза были широко раскрыты, пот покрывал кожу. — Все…
Мерсади оглянулась на трещину в стене. Она подошла ближе, протянула руку и отодвинула секцию стены в сторону.
В нише за потайной дверью лежала окутанная проводами фигура. Мотыльки света и черви статики бежали по некоторым её кабелям. Кровь и масло покрывали красную мантию и стекали по пучкам проводов. Голова в капюшоне дёрнулась и корабль снова задрожал. Статика выдохнула сквозь шипение шума, который, возможно, был речью.
Мерсади собралась шагнуть ближе, но фигура подняла бронзовую руку и теперь она видела, что кабели подсоединялись к телу под мантией.
— Мы… — прохрипела Чи-32-Бета. — Мы должны бежать. Их… Их корабль… Они всё ещё здесь.
Императорский Дворец, Терра
Серый воин пришёл к регенту на пятый день вызванных снами беспорядков. Никакие охранники и двери не преградили ему путь. Одинокий символ на наплечнике и передаваемые доспехами коды доступа позволяли ему передвигаться по Дворцу, подобно призраку, не вызывая вопросов и оставаясь невидимым. Только когда он подошёл к последней двери святилища регента, путь ему преградило опустившееся копьё хранителя.
Су-Кассен наблюдала, как воин в серой броне повернул голову и посмотрел на кустодия. Поступавшее в реальном времени из шлема кустодия изображение показало его лицо с идеальной чёткостью. Пожалуй, воина можно было назвать красивым, но генетическое ремесло расширило и изменило черты его лица так, что человечность исчезла под твёрдостью, от которой у Су-Кассен волосы на шее встали дыбом. Как и глаза, спокойные и немигающие и такие же холодные, как далёкие звёзды. Она знала его имя. Как член Военного совета Терры она знала о существовании Странствующих Рыцарей регента, но без подробностей о том, что они делали и зачем. Она также знала, что воин, смотревший прямо в пикт-устройство, являлся капитаном легиона Лунных Волков и ближайшим доверенным лицом самого Гора Луперкаля. Его звали Гарвель Локен и теперь он был воином, серые доспехи которого отмечали его, как призрака, пойманного между верностью и обстоятельствами, сражавшегося на войне за пределами света морали.
— Желаете, чтобы я ушла, лорд-регент? — спросила она.
Малкадор покачал головой, не отрывая взгляда от экрана на столе. Последнее заседание Совета закончилось всего несколько минут назад. Оно было коротким и мрачным.