— Алина! Быстро отодвинь сиденье назад! Достань мне снизу гранату и ствол! — крикнул Костя.
— Что? — с ужасом посмотрела я на него.
— БЕГОМ!
Повинуясь приказу, я нащупала под своим сиденьем пистолет и… О Боже!.. Это же действительно настоящая граната! А вдруг она взорвётся у меня в руках?!
— БЫСТРЕЕ!!! — рявкнул Яровой, и я дрожащими руками передала ему оружие. — Держи руль!
— Я не могу! — затряслась я, предварительно посмотрев в зеркало заднего вида.
За нами мчались три чёрных джипа. Из пассажирского окна первой и второй машины, высовывались мужчины с автоматом в руках. Они нагоняли нас по встречной полосе. Вторая машина, чуть отставая, ехала позади нашей.
— Значит, мы умрём! — закричал Яровой опять, и я от страха вцепилась в руль мёртвой хваткой.
Костя быстро вырвал из гранаты чеку и бросил в открытое окно, а потом резко хватился за руль и нажал на газ ещё сильнее.
— Пристегнись и пригнись! — крикнул он, когда сзади послышался оглушительный взрыв.
Спустя пару минут, выстрелы возобновились, но уже по колёсам. Последнее, что я увидела, это три чёрных внедорожника, ехавших нам навстречу. После этого последовал сильный удар сзади. Нашу машину тряхнуло, и картинка начала вращаться, как в центрифуге. Потом перед глазами появилось белое пятно, за ним последовала резкая боль в носу и голове. Я отключилась.
Не знаю, как быстро пришла в себя. Очнулась от ощутимого толчка и запаха гари. Я висела вверх тормашками, пристегнутая ремнем. Наша машина лежала на крыше. Запах гари и дыма усиливался. Я быстро отстегнула ремень и рухнула лицом вниз. Подняв голову, мой взгляд наткнулся на ноги Ярового. Водительская дверь отсутствовала. Костя лежал возле машины с закрытыми глазами и не двигался.
Внутри всё заледенело от ужаса. Я бросилась к нему и начала хлестать по щекам, приводя в чувства. Мне было плевать, что машина вот-вот взорвётся, или, что нас убьёт кто-то из тех преследователей. В голове были только одни мысли: Пожалуйста, очнись! Не оставляй меня! Пусть обидел! Пусть соврал! Пусть бандит! Пусть, пусть, пусть!!! Только не оставляй!
Меня оторвали от Кости чьи-то сильные руки. Сквозь шум в ушах, послышались крики.
— Алина! Алина! Посмотри на меня! Слышишь? — говорил голос. — Всё закончилось. Ты жива, Константин Владиславович жив. Очнись, Алина!
Я подняла взгляд и увидела Андрея Войтова. Он был весь грязный и в крови.
— Анд… Андр… Андрей! — закричала я и бросилась к нему на шею.
— Ну всё, всё. Успокойся, дочка! Садись в машину. Нужно убираться отсюда.
— А Костя?
— С ним всё в порядке. Сейчас положим в машину. Наш доктор его подлатает.
— Юдашкин? — спросила я, отчего Андрей немного опешил.
— Да.
— Хорошо. — ответила я и села в автомобиль, абстрагируясь при этом от окружающей обстановки, в виде двух горящих машин и лежавших рядом мёртвых вооружённых людей.
Не знаю, сколько мы ехали и куда. Но прибыв на место, Андрей сказал, что мы в доме Ярового. Оно и понятно. По сравнению с этим местом, дом Шувалова и количество охраны на его территории теперь кажутся детским утренником.
— Андрей, а Костя живёт один? — спросила я у Войтова, когда Ярового уложили на кровать в его комнату.
— Да. Персонал проживает на отдельной территории. Усиленная охрана по периметру. Все проверены до десятого колена. А что?
— С ума сойти… Никогда не понимала, зачем людям такие огромные дома?! Можно подумать, что у Кости здесь проживают мама, папа, братья, сёстры, дяди, тёти, жена и детей человек двадцать. Здесь всё такое красивое и дорогое. А для кого? Кто это увидит? Сомневаюсь, что соседка забежит за солью, или весь персонал Ярового соберётся на барбекю.
— Так нужно, Алин. Это статус.
— Видела я сегодня его статус! Только по мне, всё равно в какой гроб тебя положат, за пять тысяч рублей или за пять тысяч долларов. — огрызнулась я. — Господи! Где же врач?
— Подъезжает. Валентин Юрьевич сейчас на операции, сам приехать не может, но обещал прислать толкового человека. Только пока я его не проверю, побудь, пожалуйста, в другой комнате.
— Ну уж нет! Я отсюда никуда не уйду! — закричала я.
Андрей хотел возразить, но в этот момент охрана доложила по рации, что прибыл врач.
— Пусть войдёт. — ответил Войтов.
Спустя пару минут, за спиной раздались шаги.
— Добрый день! Где пациент? — услышала я голос и впала в лёгкий шок.
— Олег?
— Алина? — ответил мне тем же удивлением муж моей двоюродной сестры Любы, Олег Сураев.
— Боже! Как хорошо, что это ты! Проходи скорее в комнату. — буквально за руку схватила я его и затолкала в спальню Кости.