— Костя! Костенька, любимый мой, милый! Только не умирай! — плакала она, гладя меня по лицу.
— Люблю… — прохрипел я всё, что смог, и изображение стало расплываться.
— Нет, нет, нет! Костя! Не оставляй меня! Слышишь! — кричала она, но я уже почти не слышал. — Костя!!! КОСТЯ-Я-А-А!!!
Прости Солнце…
Эпилог
Алина
Мне снился сон. Прекрасный, замечательный сон. Родной запах, нежные руки гладили меня по волосам, любимый голос говорил мне что-то. А потом опять темнота.
Просыпаться было тяжело. Запах лекарств ударил в нос. Голова была тяжёлой, и болело всё тело. Глаза никак не хотели открываться, утягивая меня обратно во мрак. Где-то на краю сознания, я услышала отдаленный голос Демона.
— Я не смогу ей об этом сказать. Ты представляешь, что с ней будет?! Я вообще переживаю, как бы у девчонки кукуха не поехала, после того, что она пережила!
Он говорил, что-то ещё, но я уже не слышала. Меня снова забрала тьма.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я опять пришла в себя. Голова была уже более-менее в порядке, но тело всё ещё болело, особенно правая сторона. Во рту была Сахара, поэтому, ещё не открыв полностью глаза, я произнесла охрипшим голосом:
— Пить…
Спустя пару минут, я почувствовала живительную влагу на губах.
— Только очень аккуратно, по чуть-чуть. — говорил незнакомый женский голос.
Открыв глаза, я увидела перед собой молодую девушку в белом халате. Очевидно, что я в больничной палате. Только как тут оказалась, не помню. Попыталась напрячь свой мозг. В голове начали всплывать ужасные картины. ГАЛ… выстрелы… кровь… Костя… КОСТЯ!!!
— Константин Яровой! Где он? — схватила я за руку девушку и поморщилась от боли, которая прострелила с правой стороны плечо, спину, грудь, ключицу и руку.
— Тише, тише. Не волнуйтесь и не делайте, пожалуйста, резких движений. Я, к сожалению, не могу вам ничего сказать, просто потому что не знаю. Вы сейчас в реанимации. К вам никого не пропускали. Как только вас переведут в палату, врач разрешит посещения. — ответила она.
— И что ко мне никто не приходил? Как давно я здесь?
— Десять дней. Вам лучше спросить обо всём у вашего лечащего врача. — сказала девушка, поставив мне капельницу.
— Хорошо. Спасибо! — слабо ответила я и опять уснула.
Дальше время потекло очень медленно. Ночь сменялась днём, день ночью. Но я ждала.
Наконец, через два дня ко мне пришёл пожилой мужчина.
— Добрый день! Я ваш лечащий врач, Берестов Григорий Валентинович. Как вы себя чувствуете? Голова не кружится? Боли, тошнота, потеря координации? — спросил он, подсвечивая мне фонариком в глаза.
— Всё хорошо. Где Костя? — сразу спросила я.
— Честно говоря, не знаю, о ком вы говорите. — ответил он, не моргнув и глазом, хотя, думаю, таким людям врать, не привыкать. Не всегда можно рассказывать пациентам правду.
— Со мной был мужчина. Где он?
— А-а. Вы, наверное, имеете в виду своего брата?!
— Брата?
— Ну да. Титов Дмитрий Олегович. Он сказал, что является вашим единственным родственником. Поэтому мы больше никому ничего не сообщали. — ответил он.
Ну конечно! Забыл добавить только, что за это, скорее всего, получил нехилую прибавку к зарплате.
Так! Если Демон здесь, значит, он скажет мне, где Костя.
— Что со мной произошло?
— У вас огнестрельное ранение грудной клетки с правой стороны. Пуля прошла на вылет. К счастью, жизненно важные органы не задеты. Но вы потеряли много крови, плюс ко всему, у вас было сотрясение мозга средней степени тяжести. Сейчас ваши показатели в норме. Так что, думаю, сегодня можем перевести вас в палату.
— Хорошо. А… когда я могу встретиться с братом?
— Мы сообщим ему, что вы пришли в себя. А когда переведём в палату, он вас навестит.
— Спасибо.
После нескольких процедур, меня наконец-то перевели. Палата естественно all inclusive. Я ждала Демона, как Бога. Вот такой странный парадокс. Когда он зашёл в палату, я уже была вся как на иголках. Увидев его взгляд, мне стало ещё хуже. Это был вид потерянного человека… Мое тело пробила дрожь. Я боялась задать вопрос. Но жизнь в неведении невыносима.
— Привет! — сказал он сиплым голосом.
— Дим… Где Костя? — спросила я и задержала дыхание.
Он молчал. Меня начало трясти. Нет, нет, нет… Только не это…
— Алин…
От того каким тоном он это сказал, моя лихорадка усилилась. Из глаз покатились слёзы, пока я в неверии отрицательно качала головой.
— Он не выжил…
Дальше сознание отделилось от моего тела. Я словно наблюдала со стороны.