И такая молва загудела – понеслась по округе! Кинулся, было, местный священник вразумить свою паству, да куда там! А когда чуть ли не со всей губернии начал прибывать люд, да все страждущие, да больные, решил священник наведаться к военному начальству, для выяснения так сказать.
Вся эта пенсионная толпа двинулась следом за ним. Кто-то захватил из церкви иконы, те, кто мог двигаться попроворней, несли хоругви, крестный ход да и только. Батюшка было отговаривать начал, ан нет, толпа напирала. Вздохнул тут церковный служака, перекрестил толпу, и двинулась вся эта рать к зоне. Процессия растянулась километра на три. Люди шли, запрудив всю просеку, по дороге толкали впереди себя немощных инвалидов в колясках, там и сям несли кого-то на носилках, картина была еще та: словно дом престарелых срочно эвакуировался на новое место.
Часовой у КПП глазам своим не поверил когда увидел приближающуюся к шлагбауму толпу. Срочно доложил по связи полковнику Ветлугину. Тот не сразу вник в суть доклада и даже наорал на часового: «Откуда в таежной глуши толпа людей? Ты что там, на весеннем солнышке перегрелся?!» Когда он выскочил из вагончика наружу, то толпа уже смела шлагбаум вместе с испуганным часовым и заполняла все вокруг.
– Куда, стоять! – заорал полковник, одновременно по рации отдавая приказ о тревоге солдатам охраны. Все свободные от вахты солдаты, выдернутые командой подполковника, похватав автоматы, выстроились жиденькой шеренгой перед толпой.
– Кто у вас главный? Кто вас сюда послал?!– надрывал голос полковник, – Предупреждаю, в связи с чрезвычайной опасностью я имею полномочия открывать огонь на поражение, поворачивайте назад!
– Товарищ военный, – священник протиснулся вперед, – Ходят слухи, что в охраняемом вами месте происходят чудеса, люди там молодеют телом и душой, живут счастливо, не нуждаясь в хлебе насущном вознося лишь хвалебные молитвы господу нашему…
– Товарищ священник! Или как там вас? – повернулся полковник в сторону говорящего. – Это все сказки и выдумка местных сплетниц…
– Сказки говоришь! – подступилась к нему старушка со звонким голосом, – Да никакие это не сказки! Ужо мы то Аксинью получше тебя, милок, знаем! Она вон у меня только троих деток лечила, а опосля и внуков! Ослобони дорогу! Ты што ирод, в своих стрелять удумал?! В стариков да старух?! А ну прочь!!! Мы сами в Клюевку наведоваемся и разузнаем шо да как!
Настырная старушенция просто оттолкнула полковника и бесстрашно пошла прямо на солдат охраны. Следом за ней сначала неуверенно, но потом настойчиво двинулись все остальные.
Нервы у кого-то из солдат не выдержали и он, вскинув автомат, выпустил длинную очередь в воздух. Толпа мгновенно замерла и затихла. В этой тишине полковник громким голосом снова обратился к людям:
– Граждане, граждане! Послушайте меня! Я не знаю, кто вам и что наговорил, но жители деревни Клюевка, все как один заражены опасной болезнью – тропической малярией! Болезнь смертельная, лекарства от неё нет, жители деревни обречены, так же как и все кто хотя бы прикоснется к ним! Для облегчения страданий они применяют зеленку, вот и поэтому у них зеленые лица и руки! Остановитесь, солдаты имеют приказ стрелять на поражение…
– На поражение говоришь, – пожилой старый мужчина, вся грудь в орденах и медалях, резко толкая людей, вышел вперед и остановился перед полковником Ветлугиным. – Меня фашист в Отечественную войну на поражение стрелял! И не раз! А ну отойди! Не рассказывай нам тут сказки про заразу, знаем мы и про то, как все старики в Клюевке стали молодыми, у моего фронтового товарища младший сынок там колхозным кузнецом был, так он сам мне по рации рассказал про все! Айда ребята, напирай, сами все откроем и возьмем!