— Двигайся! — я подтолкнул Федьку. — Быстрее! Долго они не простоят!
Восставшие снова задвигались, зачавкали, заурчали в предвкушении еды. Ученые говорят, что они безошибочно угадывают, где люди, так как это их единственный способ стать разумными. Переходной этап, говорят одни. Просто очередная ступенька, вторят им другие. Я же считаю, что состояние восставшего — это тупик. Не может быть таких отвратительных ступеней на пути к чему-то великому. Природой не предусмотрено. Многие со мной бы поспорили, припомнив жизнь насекомых, например. Но мы-то не насекомые...
Несколько восставших подобрались совсем близко: я полоснул ближайшего ко мне мачете по руке, распоров ее от плеча до кисти. Восставший, который когда-то был мужиком атлетического телосложения, обиженно взвыл и полез на меня с удвоенным рвением. Так как я был занят парочкой его товарищей, то и голову сразу не снес. Восставший пролез мне за спину и с хрустом вцепился зубами в мое плечо.
— А-А-А-А!!! — я взвыл, отбрыкиваясь, и попытался его сбросить. Какие острые у них зубы... Ну да, череп прокусить , чтобы до мозгов добраться, — не шутки.
— Найд! — Федька кинул мне его мачете, и я поймал, одновременно втыкая свое в еще одного приблизившегося восставшего.
Ловким движением я прокрутил Федькино мачете над головой, надеясь, что мне удастся снести хоть какую-то часть тела восставшего, прочно обосновавшегося за моей спиной.
Восставший глухо шлепнулся на землю, и я вздохнул с облегчением. Хотя радоваться было рано: рана на плече сильно кровоточила; я истеку кровью, если ничего не предприму в ближайшее время.
Вытянув Федькино мачете из восставшего, свалившегося кулем у моих ног, я кинул его обратно другу. Федька его поймал с легкостью и серьезно кивнул.
Мы приблизились к цели еще на несколько шагов.
— Ты ранен! — крикнул Федька. — Найд, ты ранен, уходи!
Я хотел возразить, но, почувствовав резкое головокружение, передумал. Только не хватало сейчас истечь кровью. Грей прав, мне нужно добраться до ближайших медикаментов — и я снова буду в строю.
— Грей, вместе уходим! Я без тебя не справлюсь!
Это было сущей правдой. Ну может, и не боялся я прям не справиться без напарника, но Федьку надо вытаскивать. Увлечется и, не ровен час, останется на поле боя с выеденными мозгами. Воображение у меня всегда было богатое...
Прикрывая меня, Федька тоже начал отступать к зданию. Там будет проще. Замкнутое пространство, где легко можно отбиться.
Взбежав наверх по ступеням, я дернул тяжелую металлическую дверь на себя. И понял, что она заперта. Беспомощно оглянулся на Федьку и дернул ручку еще раз, пнув при этом дверь ногой.
— Откройте! Сожрут же! — заорал я не своим голосом.
Как ни странно, дверь щелкнула и приоткрылась.
— Грей, быстрее! — крикнул я Федьке.
Он разделался с еще двумя восставшими и добрался до ступенек.
— Закрой дверь! — заорал парень в черной одежде «Солнечного Zатмения». — Сейчас попрут!
— Заткнись, убогий, — шикнул я на него. — Там мой друг. И пока он не зайдет внутрь, эта чертова дверь будет открыта. Ясно выражаюсь?
Охранник как-то ссутулился, пальцы медленно потянулись к кобуре на поясе. Потом он странно вздохнул и отступил на шаг.
— Я предупредил, — произнес он тихо.
— Тьфу на тебя, — я смачно сплюнул на пол. — Развели здесь... живодерню... каннибалы хреновы.
— К-какую живодерню? — охранник попятился от меня, видимо сочтя совсем психом. И правда, с чего я взял, что рядовые охранники были в курсе дел, которые тут творятся. А может, они просто усиленно закрывали глаза на странности вокруг? Ну не поверю, что ни разу не закралось никаких подозрений.
Федька тем временем успел заскочить в дверной проем до того, как на него разом кинулось около десяти восставших.
Дверь захлопнулась с металлическим лязгом, и тут же раздался характерный звук: тела восставших ударялись о стальную поверхность двери, такое ни с чем не перепутаешь.
— Сколько вас здесь?! — спросил я этого горе-охранника.
— Не знаю, — он опустил голову. — Не знаю! Я на входе стоял... — добавил растерянно.
— Тебя как зовут? — спросил вдруг Федька.
— Ярослав. Ярик.
— Вот что, Ярик. Пойдешь с нами, лишние руки пригодятся. Мачете есть?
— Нет. Только пистолет.
— А что так? — поинтересовался Федька с интересом.
— Восставших нельзя убивать. Они — разумная форма жизни, которая может перейти на качественно новый уровень. Они — чьи-то родственники, любимые. Нельзя убивать, — заученно повторил он.