режно смахиваю кровавые капли рукавом. Боли нет. Пару раз я почти падаю, цепляясь за вылезшие корни, но ухитряюсь сохранять равновесие. Я всё-таки втянул тебя, Рыжая... Деревья впереди начинают резко редеть. Неумолимо и всё быстрее приближаюсь к скалистой вершине. Шаг за шагом, подобный прыжку лесного хищника. На полном ходу выныриваю из древесной зелени и едва не утыкаюсь носом в суровое дуло винтовки. Ботинки с шорохом проскальзывают по мелким камням, имитируя экстренное торможение. Лесной хищник встретился с охотником-браконьером... - Не двигаться! - с опаской предупреждает вояка, отступая дальше к скале. Акцент тут же выдаёт в нём американца. На глаза надвинут какой-то прибор, похожий на ночное или тепловое виденье. - Без глупостей, понял? - из-за камней на меня уставляется ещё один блестящий ствол. Медленно киваю, держа на виду руки. Как будто я могу что-то выхватить из-за пазухи... - Где она? - не мигая смотрю в тёмно-синие окуляры прибора. Ствол с четверть минуты оценивает меня, не говоря ни слова, и наконец делает вдох и уже начинает разжимать челюсти, как голос из-за скалы опережает: - Сабина? Она здесь. Торжественным шагом из-за Перкалки выходит генерал, сопровождаемый кучкой вооружённой челяди. Грубая рука сжимает плёчо Рыжей, подталкивая её вперёд. - Зачем ты пришёл? - умоляюще глядят её глаза. Я остаюсь недвижим. Слишком знакомы эта медная щётина бородки. И проволока волос, торчащая из-под чёрного берета... Странное чувство - жалеть о том, что не убил. Ладони неподвластно воле сжимаются в кулаки. Кто-то вывел шокированное сознание генерала из Канала... В висках пульсирует магма, нагревая мозг до температуры солнечного ядра. Ещё миг и я... Бессильно опускаю голову. В меня нацелен десяток калибров, нервно подрагивающих в руках солдат. Стоит мне лишь дёрнуть рукой, и кто-нибудь обязательно «сорвётся». Это так просто. Сбросить с себя всю ответственность одним резким движением... Чувствую мягкую поступь Шрека на своём плече. Он легко выбрался из завязанного рюкзака. Сиротливо усаживается у моей шеи, обернув хвост вокруг лап. Не мурчит, почти не смотрит по сторонам. Словно осознавая свою присутствие лишним, а себя - совсем никчёмным. Он ждёт любого, пусть даже слабейшего сигнала к действию. Но я полностью нем - нарочно опустошаю мысли, насколько только возможно. Уж очень не по душе мне приборы на глазах у всех вояк, не исключая генерала... - Какая встреча, - скалится бородатое лицо. - Не ожидал меня снова увидеть? Молчу как обиженный школьник, которого у доски спросили совсем не то, что он выучил дома. Позади меня раздаётся треск ломающихся веток и приближающиеся шаги. - Вадь! Прости! я должен был тебе рассказать... - Заткнись! - обрывает слова Паныча генеральский помощник. - Ты сделал своё дело, убирайся! Не имея возможности шевелиться, стою спиной к бывшему другу. Не нужно никакого флэштафа, чтобы представить сейчас его полное отчаянья лицо. - Нет, послушай, Вадя! Они угрожали убить меня, я не мог иначе!.. - раскаяния звучат всё ближе, смещаясь влево. - Просто отдай им то, что тебе не принадлежит!.. Что это вообще за хрень такая? Паныч поравнялся со мной и хочет сказать ещё что-то, но в этот момент между нами пролетает пуля и врезается куда-то в дерево. Звука выстрела нет. Только негромкий плевок свинца и треск разлетающейся в щепки коры. Они накрутили глушители на винтовки? Дорогая штучная работа. Зато никто не услышит... Помощник генерала самодовольно отрывается от прицела винтовки, наблюдая, как сверкают подошвы кед моего предателя. Через несколько секунд из глубины леса раздаётся ещё одно кричащее «Прости!» и снова наступает тишина. Человеческая тишина: птицам нет дела до людских разборок, и они неустанно пересвистывают на все лады весеннее утро. - Какая необычная оболочка материализатора, - с иронией замечает генерал, - сам сделал? Американец говорит ужасно косноязычно. Удивляюсь, как удаётся воспринимать эти фразы так гладко и почти литературно. Наверняка дело лап Шрэка... - Сам, - мрачно отвечаю я, перейдя на английский. - Как вы нашли Сабину? Она здесь совершенно не при чём! Отпусти её и давайте разберёмся как мужчины! Ловлю огненную искру в глазах котёнка. И похоже не только я. Генерал осуждающе качает головой: - Советую умерить пыл: приборы фиксируют любую активность поля. Одна твоя команда материализатору, и сможешь наслаждаться её последствиями на небесах. Надеюсь, я понятно говорю. Опасения по поводу надвинутых на глаза окуляров подтверждаются. Чувствую себя связанным по рукам и ногам. Спорить в скорости с десятком готовых спустить курки солдат - последняя из самых рискованных идей. Почему же именно она так назойливо вертится в мозгу? - А насчёт девчонки... Её вычислили по Интернету. Скажи, если она так уж ни при чём, почему с её IP-адреса делались запросы о материализаторе? Если бы не приборы активности поля, меня бы наверняка встретил хитрый прищур из-под медных бровей. Стараюсь держаться как можно спокойней. - Это был я, она ничего не знает. Я умею лгать в лицо. Нужно лишь самому на время искренне поверить, что каждое слово - чистая правда. Это действительно был я. Чтоб не мотаться по интернет-кафе, заскочил к однокурснице по пути на вокзал. Пока она готовила чай, я на минуту влез в глобальную паутину посмотреть, имеет ли кто-нибудь кроме меня сведения о флэштафе. Естественно, ничего не нашёл. Но всё было именно так! - Мне всё равно, - заявляет генерал и за плечо грубо притягивает Сабину к себе. - А мы неплохая пара, не находишь? Даже цвет волос один и тот же, а? Не успеваю я что-либо возразить, как быстрым движением незанятой правой руки он выдёргивает пистолет из кобуры подмышкой и приставляет к голове Рыжей. Немного повыше уха... - Флэштаф - сюда. Живо, - процеживает генерал сквозь зубы. X Я не умею... Только теперь понимаю, что в базе навыков управления материализатором есть пустоты. Похоже инопланетянин осознанно вырезал некоторые данные, заменив их набором сорной информации. Едва я пытаюсь сосредоточиться на мысли передачи флэштафа, как она тут же «соскальзывает», перетекая то в рассуждения об изначальной злости человека, то в критическое созерцание скалистого пейзажа или вообще обрываясь как урезанная песня на вызове мобильника. Можно ли вообще передать флэштаф другому хозяину в земных условиях? При положительном ответе верным будет один из тысячи вариантов этого приказа, при отрицательном -.... Десяток голодных ртов М16 с застывшей артикуляцией звука «у» не подавится, пожирая мою жизнь. Ещё раз оглядываю нацеленные на меня стволы. Не считая солдата за выступом скалы, все собраны в одном месте. В единый сгусток металла, злобы и мяса в самом сердце которого теплится хрупкий рыжий огонёк. Сабина... Пистолетное дуло не касается её волос, оставаясь на двух сантиметрах от головы. Словно боится одним своим прикосновением осквернить это чистое, с солнечной душой создание... - Сэр, в кустах! - рапортует вояка за скалой, смещая с меня прицел. Снайпер фигов. Со своей позиции он совсем не виден своему отряду, зато может держать меня на мушке сбоку. Подстраховывающий... Будто без него я смогу улизнуть из-под девятерых носов. Двое солдат из генеральского окружения тоже забирают гораздо правее меня. Теперь за деревьями отчётливо слышен шум продирающихся шагов. Надеюсь, Панычу хватило ума не вызвать сюда омоновцев. Или это снова он сам? Сомневаюсь... - Какого чёрта? - в сердцах восклицает «снайпер», и я плавно поворачиваю голову на шум. Из кустов, широко, как для очень больших объятий раскинув руки, выбредает старик. С вылезающими из орбит глазами, он издаёт то громкое мычание, то какие-то нечленораздельные горловые звуки. Нацеленные винтовки его абсолютно не смущают. По уродливому выражению лица кажется, что он силится сообщить нечто важное, но адский порок речи напрочь лишает этой возможности. Покачиваясь из стороны в сторону, старик шагает прямо на меня. Готов спорить, что недавно где-то видел его... Только я бы обязательно запомнил такое странное поведение. Со стороны отряда несутся окрики и отборная брань, но приказа стрелять нет. Американцы с любопытством и отвращением наблюдают за юродивым. Тот подходит ещё ближе ко мне, и я замечаю ниже его ладони кусок эмалированного металла, болтающийся в воздухе...ни на чём. Мало того, угловатая железка в точности повторяет наклоны рук!.. Это никакая не пантомима, старик горизонтально держит какой-то предмет прямоугольной формы. Невидимый предмет. Ох не случайно здесь этот юродивый... - Знаешь его? Что ему нужно?! - генерал обращается ко мне. - Это...Местный провидец. Говорит, что мне угрожает большая опасность, - невинно пожимаю плечами я. ...До конца жизни буду ненавидеть американский смех. Хоть мне и недолго осталось. - О, он чертовски прав, - смех переходит в повелевающий крик, - давай сюда флэштаф, гадёныш! Неожиданно старик прохрамывает вперёд меня и останавливается, раскидывая руки уже в сторону всего отряда и продолжая горловые подвывания. Он же закрывает меня от пуль! Наверняка у него в руках инопланетный щит, и значит сами пришельцы где-то рядом... Генерал в ярости. - Ну хватит комедий!.. Убейте этого ненормального! Но никто из сгустка не стреляет: старик стоит со мной на одной линии огня, а пули М16 способны прошить насквозь одно и даже два человеческих тела. Хоть что-то эти янки знают... Тогда приказ летит «снайперу»: - Уилл, сними его со своей позиции! Д