Молодой странник всё это время кружил возле — пытался понять назначение Сферы, её размеры и возможную связь с загадочной деятельностью эволюционера. Химический состав, обеспечивающий качество склеивания шароидов, скорее мертвых нежели живых, также оставался не понятен. Очевидно, что внутри образованного Сферой пространства, происходили какие-то процессы, качественно меняющие представление плазмоидов о собственной функции материализации абстрактных мыслеформ. Попадание внутрь Сферы, вероятно, сняло бы многие вопросы, касающиеся создания смертельных плазмо-магнитных образований и гибели части цивилизации. Красноглазый испытывал похожие чувства, ему также было важно проникновение внутрь, в частности, чтобы способствовать спасению своего деления.
Никакие варианты взаимодействий странников со Сферой, составленной из загипнотизированных шароидов, не привели даже к краткосрочному открытию её пузырчатой поверхности. Лишь издалека можно странники наблюдать как кое-где на поверхности Сферы, не выдержав давления среды или гипнотического напряжения, лопались, не приходящие в сознание, замутнённые шароиды. Сфера в тех местах моментально сжималась, не теряя в скорости, массе или инерции никаких количественных характеристик.
Уже четверо суток голодные, поражённые скрытой силой Сферы, странники летали вокруг неё. Но вот откуда-то издалека со свистом прилетело ещё несколько делений и Сфера, чуть раздвинувшись, приняла их к себе. Странники полетели в то место и, наконец, Сфера полуживых шароидов явила им свой лик. До этого момента никакой способ проникновения внутрь оказался не эффективен, но вот Сфера сама открыла себя странникам.
Разверзнув свою нишу, явно технологического назначения, Сфера, как квинтэссенция холода и смерти, начала извергать из себя различные плазмо-магнитные образования. Фрактальные кольца величиной в десятую часть соты длинной цепочкой потянулись из её глубин к закрытой границе экватора. Ниша оказалась довольно большого размера, появилась достаточно неожиданно и образовалась так, что странники оказались по обе стороны от неё. Красноглазый уже посылал молодому страннику сигнал пространственного положения, но он возвращался, отраженный вереницей колец. Понять, где конкретно находится молодой плазмоид, оказалось невозможно, и странник полетел вокруг Сферы. Армия фракталов направилась к границе и, видимо, усиленная энергетическими потоками, распределялась вдоль неё. Далее фрактальные кольца ныряли в хаос волн Океана предэкваториальной зоны, до безумия борясь в его волнах с цунами горячей плазмы, вызванных действием 3-го Гармонического Закона Сол-Нца. Армии таких фракталов направлялись к границе с дерзкой попыткой выставить барьер между гелиосферусами и «эо-солами». Материализованные разрушительной установкой эволюционера, они старались завершить процесс энергоинформационного обмена между плазмоидами и Сол-Нцем. Через возведение огромных сейсмичных волн плазмы на границе с экватором, усиленных взаимодействием с фракталами и кольцами, эволюционер хотел заблокировать коммуникации между экватором и колониями Нижнего и Верхнего Полюсов. По этой же причине и нарушилась обычно стабильная работа Информационного Поля.
Войско материализованных фракталов закончило свой исход. Странники облетели Сферу и, встретились у основания ниши, готовились в неё нырнуть. Последний фрактал вышел из ниши не один — армию плазменных образований сопровождал к границе бывший старейшина гелиополиса, ранее веривший Сол-Нцу и гелиоцентрической системе плазмоидов. Старейшина не заметил притаившихся у основания странников и левитировал с фракталами на границу параллельным с ними курсом. Сфера уже закрывалась, стягиваясь по краям с помощью клейкой плазмы, когда странники влетели внутрь. Захлопнувшись, Сфера отрезала двум странникам путь к материнской системе Эоса, чем поставила их в беззащитное положение перед прогнозируемыми опасностями.
На странников смотрели тысячи термоглаз. Загипнотизированные глаза шароидов, составляющих внутреннюю поверхность Сферы, на мгновение оторвались от привязавшего их невидимого гипнотического сигнала и бессмысленно уставились на гелиосферусов. Молодой странник видел в них только пустоту. Термоглаза не двигались и имели между собой физические связи — к ним, образовывая своеобразную сеть, от других глаз тянулись клейкие нити разной длины. Сеть, соединяла не только ближайшие шароиды, но и уходила многочисленными нитками и вглубь сферы, к её низу, потолку. Отчего внутреннее пространство Сферы достаточно густо пронизывалось длинными липкими связями. Это серьёзно мешало перемещению странников, в смысле постоянного прикасания и прилипания к ним. Из-за множества пересекающихся нитей центр Сферы не просматривался, но, очевидно, именно там, притаился их источник. Красноглазый пригласил молодого к контакту и сообщил ему, быстро выстраивая короткие комбинации сигналов, о химическом составе клейкой консистенции. Холодная углеродисто-кальциевая плазма. Странники знали, что данная плазма в пищу не годна, и такое её использование как склеивание шароидов между собой, они видели впервые. Более того, клейкие нити связывали не просто шароидов, а конкретно их термоглаза в какую-то единую энергетическую и информационную систему. Решив, что спасение его шароида лежит через спасение всех и, не обращая на периодические приклеивания к нитям Сферы, красноглазый рванул к её центру. Молодой странник полетел вслед за ним на ходу пытаясь осмыслить функцию клейких связей.
Отрываться от клейкой плазмы было достаточно просто, но делать это предстояло сразу. Продержав своё тело приклеенным чуть дольше, красноглазый быстро в этом убедился. В месте контакта клея с телом, наблюдалась быстрая полимеризация, что нарушало отчасти собственную плазменную структуру тела. Стараясь прилипать как можно меньше, странники медленно продвигались внутрь живой Сферы, замечая, что нити сходились узлом в её центре. Когда пространство сузилось до минимальных размеров и через щели, образованные нитями, уже стало невозможно протиснуться, странники заметили рядом с собой несколько сферических коконов, сплетённых из окружающих нитей и обильно облепленных клейкими сгустками. Два Коконов! Они почти полностью покрывались углеродисто-кальциевой плазмой. Красноглазый смог приблизиться к одному из коконов достаточно близко, чтобы почувствовать термоглазом холод, исходящий от него. Странники заметили, что нити, связывающие термоглаза шароидов, замыкаются на коконах. По нитям от коконов то и дело пробегал некий вибрирующий импульс, отчего у шароидов, во множестве склеенных в единую Сферу, иногда закрывались термоглаза и они начинали особый гипнотический сон. Рождающий плазмо-магнитные образования, сон шароида быстро заканчивался, а кольцевые фракталы, созданные в таких неестественных снах, ещё не набрав своей разрушительной силы, группировались у поверхности Сферы и готовились быть сопровождёнными к границе. Сам плазмоид-эволюционер отсутствовал. Перед странниками маячили, как выяснилось чуть позже, живые покрытые плазмой коконы, воспроизводящие опасные, вызвавшие частичное закрытие Поля, плазменные образования. «Очевидно, — мыслил молодой странник, — что действие 3-го Гармонического Законы Сол-Нца на экваторе остановилось». Похожие мысли появлялись и у красноглазого. Склеенные между собой шароиды очень подходили, ввиду их физической выносливости и приобретённому через гипноз фанатизму, на новые типы плазмоидов — эо-солы, рождённые, согласно теории эволюционера, не от Сол-Нца, а от Холода.
Неожиданно, один из генерирующих импульсы коконов, зашевелился и из него показался динамический термоглаз. Обычного фиолетового цвета. Термоглаз высунулся из клейкой сферической оболочки кокона и осмотрелся кругом. Странники заметили это движение и догадались, что внутри скользкого кокона находился плазмоид. Нетрудно было догадаться, что внутри расположенного рядом второго кокона также находился плазмоид, но пока признаков активности не подавал. Тем временем плазмоид, высунувший глаз, покидал кокон. Некоторые тонкие клейкие нити при этом порвались. Когда плазмоид вылез из кокона полностью, он поднялся под купол Сферы. Второй кокон продолжал медленно вибрировать и генерировать импульсы. Взлетевший плазмоид, не двигаясь, изучал гостей своим динамическим глазом. Странники тоже в свою очередь сканировали плазмоида, покинувшего кокон, и уже не сомневались в том, что перед ними тот самый строптивый мыслитель, которому стало тесно сосуществовать вместе с гелиосферусами над огромным Океаном Сол-Нца — он реализовал практически своё эволюционное переустройство плазмоидной жизни.